Разграбление Владимира князем Глебом Ростиславичем Рязанским в 1176 г.

Если первым делом Михаила по вступлении во Владимир было возвращение соборной церкви городов, отнятых у нее Ростиславичами, то по утверждении своем в целой земле Ростовской он должен был прежде всего идти на рязанского князя Глеба, в руках которого также находилось много сокровищ, пограбленных из этой церкви, и, между прочим, самый образ Богородицы, привезенный Андреем из Вышгорода, и книги.
Михаил отправился с полками на Рязань, но встретил на дороге послов Глебовых, которым поручено было сказать ему: «Князь Глеб тебе кланяется и говорит: я во всем виноват и теперь возвращаю все, что взял у шурьев своих, Ростиславичей, все до последнего золотника». И точно, возвратил все. Михаил, уладившись с ним, поехал назад во Владимир. Здесь, по некоторым очень вероятным известиям, казнил убийц Андреевых и потом отправился зачем-то в Городец-Волжский, занемог в нем и умер (1176 г.).

Народ требовал мести. Глеб Рязанский пользовался слабостию шурьев, обирал их, обогатился драгоценностями и святынею храмов Владимирских. Михаил шел наказать его, но Глеб, не дерзая оправдываться, требовал милосердия; прислал Вышгородскую икону Богоматери, все драгоценности, даже книги, им похищенные, и тем обезоружил великого князя.
Народ, с восхищением встретив образ Марии, снова поставил его в соборной церкви Владимирской. Михаил возвратил ей поместья, оброки и десятину. Торжество владимирцев было совершенно. Город их сделался опять столичным, и князь, ими призванный, заслуживая любовь общую, казался любимцем Неба, ибо счастие ему благоприятствовало. Они хвалились своим выбором и говорили, что Бог, унизив гордость древнего Ростова, прославил новый Владимир, ознаменовав его жителей мудростию в совете и мужеством в деле; что они, вопреки боярам, даже вопреки народу суздальскому и ростовскому, единственно в надежде на свою правду, дерзнули изгнать злых князей и выбрать Михаила, благотворителя земли Русской.
К несчастию, сей Государь властвовал только один год и скончался [20 июня 1170 г.], оставив в летописях память своей храбрости и добродетели.