Соискание Ростиславом Ивановичем Берладником княжения в Галиче в 1189 г.

Потерявши надежду получить помощь от кого-либо из сильных русских князей, недовольные королевичем галичане обратились к потомку своих родных князей Ростиславичей — Ростиславу Ивановичу, сыну знаменитого Берладника. Ростислав, безземельный князь, подобно отцу, жил в это время у смоленского князя Давида Ростиславича. Получивши приглашение, он отправился немедленно к галицким пределам, захватил два пограничных города и оттуда поехал к самому Галичу.
Тамошние бояре не все одинаково ему благоприятствовали. Некоторые из них крепко держались за королевича, потому что сыновья их и братья находились у Белы, который в это время прислал на помощь сыну большое войско, боясь враждебных покушений со стороны русских князей. Королевич и венгерские воеводы, услыхавши о приходе Ростислава, вызванного галицкими боярами, собрали последних и начали приводить их к кресту: правые целовали охотно, ничего за собою не зная, а виноватые — по нужде, боясь венгров.
Между тем Ростислав с малою дружиною подошел к галицким полкам в надежде, что те по обещанию своему тотчас перейдут на его сторону, как только завидят его полк. И точно, несколько галицких бояр приехало к нему, но они бросили его, как только увидали, что остальные не трогаются. Тогда дружина сказала Ростиславу: «Видишь, что они тебя обманули, поезжай прочь!» «Нет, братья! — отвечал Ростислав. — Вы знаете, на чем они мне целовали крест. Если же теперь ищут головы моей, то Бог им судья и тот крест, что мне целовали, а уже мне наскучило скитаться на чужой земле, хочу голову положить на своей отчине». Сказавши это, он бросился в середину галицких и венгерских полков. Те обхватили его со всех сторон, сбили с лошади и, полумертвого от ран, понесли в Галич.
В городе встало смятение, жители начали толковать, как бы отнять Ростислава у венгров и провозгласить его своим князем. Тогда венгры нашли средство покончить дело. Они приложили яду к ранам Ростиславовым, и желание Берладникова сына исполнилось: он лег на отчине подле своих предков.

Сын князя Иоанна Берладника, умершего в Фессалонике, двоюродный племянник Ярослава Галицкого, именем Ростислав, подобно отцу, скитался из земли в землю и нашел пристанище в Смоленске. Он имел друзей в отечестве, где народ, неохотно повинуясь иноземным властителям, и некоторые бояре желали видеть его на престоле. По согласию с ними Ростислав, уехав от Давида Смоленского, с малым числом воинов явился пред стенами Галича в надежде, что все граждане к нему присоединятся. Но Андрей оградил себя полками венгерскими, взял с жителей волею и неволею присягу в верности и вообще такие меры, что сын Берладников вместо друзей встретил там одних врагов многочисленных.
Видя неудачу, измену или робость галичан, Ростислав не думал спасаться бегством. Сказал дружине: «Лучше умереть в своем отечестве, нежели скитаться по чужим землям. Предаю суду Божию тех, которые меня обманули» — и бросился в средину неприятелей. Тяжело раненный, он упал с коня и был привезен в столицу, где народ, тронутый его жалостною судьбою, хотел возвратить ему свободу. Чтобы утишить мятеж, венгры, как сказано в летописи, приложили смертное зелие к язве Ростислава, и сей несчастный князь, достойный лучшей доли, скончался, имев только время удостовериться в народной к нему любви. А граждане, изъявив оную, раздражили своего короля.
Правление Андреево, дотоле благоразумное, снисходительное, обратилось в насилие. Венгры мстили галичанам как изменникам, нагло и неистово. Отнимали жен у супругов, ставили коней в домы боярские, в самые церкви, позволяли себе всякого рода злодейства. Народ вопил, с нетерпением ожидая случая избавиться от ига: он представился.