В год 1771-й, месяца января, обратился в Правительствующий Сенат купец швейцарский Иоганн Каспар Деглер с горестной повестью. Прибыв в Россию с надеждой на честную торговлю, раздал он бриллиантов и злата в долг на многие тысячи рублей, веря купеческому слову и вексельным распискам. Но знатные господа, взяв товар, платить отказались. Сам Деглер, гонимый нуждой, заложил последнее, дабы не посрамить чести перед своими кредиторами, но попал в кабалу.
Особливо же лукавил некий секретарь Шишков. Взяв каменья драгоценные, ныне он твердит: «Не плательщик я, ибо когда вексели подписывал, жил под кровом отчим, своего добра не имея, а посему с меня и взятки гладки». Вторит ему и князь Егупов-Черкасский, крючкотворством судебным платеж оттягивая. А суды московские, дела сии перекладывая, купца до разорения доводят и долговой ямой грозят.
Воспылал Сенат гневом на такую несправедливость. «Лжет секретарь Шишков! — гласит указ. — Жалованье государево он получал, значит, имел чем платить. А ссылка его на закон об отчих детях — есть толкование развратное, ибо закон тот позже векселей вышел». И повелели сенаторы: судам волокиту прекратить, дела решить тотчас, а ежели промедлят — то пусть судьи сами за должников и платят, дабы неповадно было честных купцов по миру пускать.
1771 год, 25 января (5 февраля). № 13.561. — Сенатский. — О взыскании по векселям, данным неотделенными детьми.
Правительствующий Сенат, заслушав челобитную купца швейцарской нации Иоганна Каспара Деглера, в которой он объявляет: Каким образом он, приехав в Россию, торговал бриллиантовыми и алмазными вещами и, следуя правилу, всегда наблюдаемому среди купечества, раздал собственное свое и порученное ему для продажи от других людей имущество по просьбе разных персон под вексели, на сумму 50 127 рублей 7 копеек. Каковые вексели по прошествии срока, из-за неполучения от должников платежа (хотя для взыскания с них в силу Вексельного устава они от него и его кредиторов в Московском магистрате были объявлены), но не получая по ним доныне платежа, сам он, будучи доведен до крайности, занимал деньги под вексели с закладом оставшегося своего имущества и с платежом процентов у разных людей.
Имея свои собственные средства в чужих руках, он сделался должным одному титулярному советнику Михаилу Юрьеву 10 008 рублей; в чем заложил ему бриллиантовых и золотых вещей по истинной цене на 11 531 рубль, на счет князя Егупова-Черкасского в забранных вещах на 57 рублей, и [передал] четыре на имя его, Деглера, векселя: один — майора Сомова на 4 365 рублей, а последние три — князя Тимофея Егупова-Черкасского на 4 840 рублей. Из коих один на 2 025 рублей, а другой на 2 460 рублей, упоминаемый Юрьев, с прибавлением 2 000 рублей собственных своих, переписал от имени князя Льва Егупова-Черкасского (который долги брата своего, князя Тимофея, принял на себя) на имя московского купца Пирогова. И, получив от него полную себе надпись [индоссамент], объявил их ко взысканию в Московский магистрат.
И что сей Магистрат из всех объявленных от него и кредиторов его ко взысканию векселей решение вынес только по трем: первому — Главной провиантской канцелярии секретаря Шишкова и по двум вышеописанным, объявленным от Юрьева на князя Льва Егупова-Черкасского, да и то продолжая [дело] немалое время. И хотя он решением сих дел ласкал себя [надеждой], что с Шишкова получит наличные деньги, а с Юрьевым сделает расчет посредством следующих к выдаче за вексели князя Егупова-Черкасского денег, и, получив от него отданные ему в заклад вещи, продажей их поправит свой кредит; однако же те дела взяты на апелляцию в Главный магистрат:
От Шишкова — потому, что он отрекается от платежа тем, что когда вещи брал и вексели писал, тогда жил с отцом своим не в разделе, не рассуждая [не принимая во внимание], что ныне, по смерти отца своего, владеет сам имением, и честь его требует от него платежа Деглеру; а в то время, как вексели писал, служил в Провіантской канцелярии секретарем и получал жалованье: следовательно, имел свое имущество, кроме отцовского. А сверх сего и вексели им даны до состояния указа о неотделенных от отца детях, кои в силу оного [указа], по записке в Главном магистрате, отданы ему, Деглеру, ко взысканию.
А князя Егупова-Черкасского — за объяснением в его челобитной:
Что Магистрат Московский деревню его определил продавать неправильно, а с согласия показанного Юрьева;
Что тот же Магистрат по внесенным им, Князем, в оный реестром векселям, по которым ему разных чинов люди должны, взыскания не чинит, а с него, князя Егупова-Черкасского, взыскивает;
Что Юрьев потребен к следствию в Юстиц-коллегию, но тот же Магистрат не отсылает.
И хотя показываемые ими, Шишковым и князем Егуповым-Черкасским, резоны суть такого содержания, что по законам и рассмотрениям Главного магистрата будут отклонены (тем более, что князь Егупов-Черкасский те свои вексели в Московский магистрат внес для одного только удостоверения Магистрата, что он за покупное им у брата своего, князя Тимофея, имение деньги внесет, а не ко взысканию и не в платеж объявленных от Юрьева его, Деглера, векселей), однако он между тем, до решения, принужден будет лишиться пропитания. Ибо погибель его ясно ему представляется, что кредиторы, коим он должен, видя худой успех в делах, отрекаются ожидать платежа, а обещают взыскивать свои деньги посредством тюрьмы магистратской, где он и с векселями погибнет. А должники его взятием дел своих на апелляцию из одного в другое Присутственное место будут тем довольны, что продолжат время столько, сколько они хотят. И просит, чтоб, войдя по иностранству [учитывая его иностранное происхождение] в горестное его состояние, для расплаты имеющихся на нем долгов повелеть по объявленным от него в Московском магистрате векселям с должников взыскание на основании Вексельного устава учинить, а Главному магистрату взятые им из Московского магистрата упоминаемые дела решить немедленно и тем избавить его с женой и детьми от окончательного разорения, единственно от неплатежа по векселям его денег, ему угрожающего.
Приказали: Хотя из челобитья его, Деглерова, и не усматривается того, чтоб те взятые в Главный магистрат из Московского по челобитным Шишкова и князя Егупова-Черкасского дела заключали в себе какую-либо тяжбу, а напротив того, ясно видно (буде содержание их в самом деле таково, как Деглером объяснено), что должны векселедатели взятые за вексели деньги заплатить на основании Вексельного устава, а Шишков и оштрафован быть. Потому что он отговорку к платежу имеет одну только ту, что давал вексели, будучи неотделенным от отца; следовательно, он с тем их и брал, чтоб никогда не платить или воспользоваться состоявшимся о неотделенных от отца детях указом, и обратил его в свою пользу. Хотя нимало он его не оправдывает, но паче [более того] подвергает за превратное толкование штрафу; ибо реченный челобитчик объясняет, что те вексели Шишков писал до состояния сего указа, в самое то время, когда служил он секретарем и жалованье получал.
Однако ж при всем том на одном его, Деглерова, показании утвердиться Сенату нельзя. Чего ради:
Главному магистрату подать в Сенат рапорт: те дела подлинно ль такого содержания, и в силу каких именно законов взяты на апелляцию, а скорого взыскания по ним на основании Вексельного устава не учинено? А между тем, не тратя ни малейшего времени и не ожидая очереди, их решить, и какое решение последует — в Сенат рапортовать.
А равномерно и Московскому магистрату по объявленным в оном от упоминаемого купца Деглера и его кредиторов векселям, дабы он не мог прийти в конечное разорение, приступить немедленно ко взысканию.
Ибо в противном сему случае, за малейшее промедление, подлежащая ему, Деглеру, по тем векселям сумма взыскана будет на основании указа 1736 года июля 19 дня с присутствующих [судей] того Магистрата и секретарей.
Причины принятия:
Кризис доверия в коммерции: Иностранные и российские купцы страдали от недобросовестности дворянства, которое активно пользовалось кредитами, но уклонялось от уплаты, используя сословные привилегии и юридические лазейки (институт «неотделенных детей»).
Злоупотребление правом: Попытка применить закон (защищающий патриархальное имущество от мотовства детей) задним числом к коммерческим сделкам лиц, имеющих самостоятельный доход (жалованье).
Судебная волокита: Крайне низкая эффективность работы Магистратов (сословных судов для горожан), которые не могли эффективно взыскивать долги с дворян и чиновников.
Последствия:
Укрепление вексельного права: Сенат подтвердил приоритет Вексельного устава 1729 года и принцип личной ответственности за подпись на векселе, даже если имущество формально не разделено.
Прецедент для чиновничества: Было четко установлено, что наличие государственного жалованья делает лицо кредитоспособным и ответственным, независимо от семейного имущественного статуса.
Дисциплинарное воздействие на суды: Применение нормы 1736 года о личной имущественной ответственности судей за волокиту было мощным инструментом давления. Это заставляло судей ускорять рассмотрение дел, опасаясь разорения.
Защита иностранного капитала: Демонстрация того, что государство готово защищать права иностранных инвесторов (купцов) от произвола местной элиты.
13.561.- Генваря 25. Сенатскій.- О взысканіи по векселямъ, даннымъ неотдѣленными дѣтьми.
Правительствующій Сенатъ, слушавъ челобитную Швейцарской націи купца Іоганна Каъ спара Деглера, въ которой объявляетъ, коимъ ъ образомъ онъ выѣхавъ въ Россію, торговалъ бриліантовыми и алмазными вещами, и слѣдуя всегда между купечествомъ наблюдаемому правилу, роздалъ собственное свое и порученное ему для продажи отъ другихъ людей имѣніе, по просьбѣ разныхъ персонъ на вексели, суммою на 50.127 рублей на 7 копѣекъ, кои прошествіи срочнаго времени за неполученіемъ отъ должниковъ платежа, хотя для взысканія съ нихъ силою Вексельнаго Устава отъ него и кредиторовъ его въ Московскомъ Магистратѣ объявлены, но не получая по нихъ донынѣ платежа, самъ, до крайности доведенъ будучи, занималъ деньги на вексели, съ закладомъ остальнаго своего имѣнія съ платежемъ процентовъ у разныхъ людей, и имѣя свои собственныя въ чужихъ рукахъ, сдѣлался должнымъ одному Титулярному Совѣтнику Михайлу Юрьеву 10.008 рублями; въ чемъ заложилъ ему бриліантовыхъ и золотыхъ вещей по истинной цѣнѣ на 11.531 рубль, на счетъ Князь Егупова Черкаскаго въ забранныхъ вещахъ на 57 рублей, четыре на имя его Деглера векселя, одинъ Маіора Сомова на 4.365 рублей, а послѣдніе три Князь Тимофѣя Егупова Черкаскаго на 4.840 рублей; изъ коихъ одинъ на 2.025 рублей, а другой на 2.460 рублей, упоминаемый Юрьевъ съ прибавленіемъ 2.000 рублей собственныхъ своихъ переписалъ отъ имени Князь Льва Егупова Черкаскаго (который долги брата своего Князь Тимофѣя принялъ на себя) на имя Московскаго купца Пирогова, и получа отъ него полную себѣ надпись, объявилъ ихъ ко взысканію въ Московской Магистратъ, и что сей Магистратъ изъ всѣхъ объявленныхъ отъ него и кредиторовъ его, ко взысканію векселей рѣшеніе учинилъ только по тремъ: первому Главной Провіантской Канцеляріи Секретаря Шишкова и по двумъ вышеписаннымъ объявленнымъ отъ Юрьева на Князь Льва Егупова Черкаскаго, да и то продолжая немалое время; и хотя онъ рѣшеніемъ сихъ дѣлъ ласкалъ себя, что съ Шишкова получитъ наличныя деньги, а съ Юрьевымъ сдѣлаетъ расчетъ по средствомъ слѣдующихъ въ выдачу за вексели Князя Егупова Черкаскаго денегъ, и получа отъ него отданныя ему въ закладъ вещи, продажею ихъ поправитъ свой кредитъ: однакожъ тѣ дѣла взяты на апелляцію въ Главный Магистратъ ъ отъ Шишкова, потому, что онъ отрекается отъ платежа тѣмъ, что когда вещи бралъ и вексели писалъ, тогда жилъ съ отцемъ своимъ не въ раздѣлѣ, не разсуждая, что нынѣ по смерти отца своего владѣетъ самъ имѣніемъ, и честь его отъ него требуетъ ему Деглеру платежа; а въ то время, какъ вексели нисалъ, служилъ въ Провіантской Канцеляріи Секретаремъ и получалъ жалованье: слѣдствена но имѣлъ свое имѣніе кромѣ отцовскаго, а сверхъ сего и вексели имъ даны до состоянія о неотдѣленныхъ отъ отца дѣтяхъ указа, кои въ силу онаго, по запискѣ въ Главномъ Магистратѣ, отданы ему Деглеру ко взысканію, а Князь Егупова Черкаскаго за изъясненіемъ въ его челобитной: 1) Что Магистратъ Московскій деревню его опредѣлилъ продавать неправильно, а съ согласія показаннаго Юрьева; ь 2) Что тотъ же Магистратъ по взнесеннымъ о имъ Княземъ въ оной реэстромъ векселямъ, по которымъ ему разныхъ чиновъ люди должны, взысканія не чинитъ, а съ него Князя Егупова Черкаскаго взыскиваетъ; 3) Что Юрьевъ потребенъ къ слѣдствію въ Юстицъ-Коллегію, по о тотъ же Магистратъ не отсылаетъ, и хотя показываемые ими Шишковымъ и Княземъ Егуповымъ Черкаскимъ резоны суть такого содержанія, что по законамъ и разсмотрѣніямъ Главнаго о Магистрата отставлены будутъ, тѣмъ болѣе, что Князь Егуповъ Черкаскій тѣ свои вексели въ Московскій Магистратъ внесъ для одного только удостовѣренія Магистрата, что онъ за покупное имъ брата своего Князя Тимофѣя имѣніе деньги внесетъ, а не ко взысканію и не въ платежъ объявленныхъ отъ Юрьева его Деглера векселей; однако онъ между тѣмъ до рѣшенія принужденъ будетъ лишиться пропитанія; ибо погибель его ясно ему представляется, что кредиторы, коимъ онъ долженъ, видя худой успѣхъ въ дѣлахъ, отрекаются ожидать платежа, а обѣщаютъ взыскивать свои деньги по средствомъ тюрьмы Магистратской, гдѣ онъ и съ векселями погибнетъ, а должники его взятьемъ дѣлъ своихъ на апелляцію изъ одного въ другое Присутственное мѣсто будутъ тѣмъ довольны, что продолжатъ время, столько, сколько они хотятъ, и проситъ, чтобъ, войдя по иностранству въ горестное его состояніе, для расплаты имѣющихся на немъ долговъ повелѣтъ по объявленнымъ отъ него въ Московскомъ Магистратѣ векселямъ съ должниковъ взысканіе, на основаніи Вексельнаго Устава, учинить, а Главному Магистрату взятыя имъ изъ Московскаго Магистрата упоминаемыя дѣла рѣшить немедленно и тѣмъ избавить его съ женою и дѣтьми отъ всеконечнаго разоренія, единственно отъ неплатежа по векселямъ его денегъ, ему угрожающихъ. Приказали: хотя изъ челобитья его Деглерова и не усматривается того, чтобъ тѣ взятыя въ Главный Магистратъ изъ Московскаго по челобитнымъ Шишкова и Князя Егупова Черкаскаго дѣла заключали въ себѣ какую либо тяжбу, а напротивъ того ясно видно, буде содержаніе ихъ въ самомъ дѣлѣ таково, какого Деглеромъ изъяснено, должны векселедавцы взятыя за вексели деньги заплатить, на основаніи Вексельнаго Устава, а Шишковъ и оштрафованъ быть, потому, что онъ отговорку къ платежу имѣетъ одну только ту, что давалъ вексели, будучи неотдѣленнымъ отъ отца, слѣдственно онъ съ тѣмъ ихъ и бралъ, чтобъ никогда не платить, или возпользоваться состоящимся о неотдѣльныхъ отъ отца дѣтяхъ указомъ, и обратилъ его въ свою пользу, хотя нимало онъ его не оправдаетъ, но паче подвергаетъ за развратное толкованіе штрафу; ибо реченный челобитчикъ объясняетъ, что тѣ вексели Шишковъ писалъ до состоянія сего указа, въ самое то время, когда служилъ онъ Секретаремъ и жалованье получатъ; однакожъ при всемъ томъ на одномъ его Деглерова показаніи утвердиться Сенату не можно. Чего ради Главному Магиа страту подать въ Сенатъ рапортъ, тѣ дѣла подлинно ль такого содержанія, и въ силу какихъ именно законовъ взяты на апелляцію, а скораго взысканія по нихъ, на основаніи Вексельнаго Устава, не учинено, а между тѣмъ, не тратя ни малѣйшаго времени и и не ожидая очереди, ихъ рѣшить, и какое рѣшеніе послѣдуетъ, въ Сенатъ рапортовать, а о равномѣрно и Московскому Магистрату по объявленнымъ въ оной отъ упоминаемаго купца Деглера и его кредиторовъ векселямъ, дабы онъ не могъ придти въ конечное разореніе, приступить немедленно ко взысканію, ибо о въ противномъ сему случаѣ за малѣйшее промедленіе подлежащая ему Деглеру по тѣмъ векселямъ сумма взыскана будетъ, на основаніи 1736 года Іюля 19 дня указа съ присутствующихъ того Магистрата и Секретарей.
Вексель — ценная бумага, письменное долговое обязательство строго установленной формы, дающее владельцу (векселедержателю) право требовать с должника уплаты указанной суммы в определенный срок.
Неотделенные дети — совершеннолетние дети, проживающие совместно с родителями и ведущие с ними общее хозяйство, не получившие своей доли наследства или имущества (выдела). Юридически их имущественная самостоятельность была ограничена.
Магистрат — орган городского сословного управления и суда в России (введен Петром I).
Присутственное место — государственное учреждение, канцелярия, административный орган.
Взять на апелляцию — принять дело к рассмотрению в вышестоящей инстанции по жалобе одной из сторон.
Развратное толкование (ложный друг переводчика) — здесь слово «развратное» означает «превратное», «искаженное», «ложное», «неправильное», а не связанное с моральным разложением.
Челобитная — письменное прошение, жалоба.
Титулярный советник — гражданский чин IX класса в Табели о рангах.
Провіантская канцелярия — учреждение, ведавшее снабжением армии продовольствием.
Время: 1771 год, 25 января (5 февраля); 1736 год 19 июля; XVIII век.
Персоны: Деглер Иоганн Каспар (купец), Шишков (секретарь Провіантской канцелярии), Егупов-Черкасский Тимофей (князь), Егупов-Черкасский Лев (князь), Юрьев Михаил (титулярный советник), Сомов (майор), Пирогов (московский купец).
Географические объекты: Россия, Москва.
События, процессы: Взыскание долгов, банкротство, судебная волокита, апелляция, торговля бриллиантами.
Организации, институты: Правительствующий Сенат, Московский магистрат, Главный магистрат, Провіантская канцелярия, Юстиц-коллегия, Вексельный устав.
