Активность литовских волонтеров в течение лета 1663 г. заставила царское командование принять особые меры к обороне на Западнодвинском ТВД, в первую очередь в окрестностях Борисоглебова (Динабурга) и на рубежах Псковской земли. В сентябре 1663 г. место сбора полка Новгородского разряда было перенесено из Пскова и Опочки на Ржеву Володимерову в связи с опасностью для смоленского направления. Однако псковский воевода окольничий А. В. Бутурлин добился, чтобы ратные люди Пскова и его «пригородов» (Опочки, Гдова, Острова и т. п.) были оставлены для защиты своих уездов. К декабрю помещики собрались во Пскове, и Бутурлин сформировал из них и стрельцов воеводский полк (1300 человек, три орудия), который вручил своему товарищу – стольнику князю Н. Г. Гагарину. Этот полк 19 декабря выступил из Пскова на Опочку.
В то же время по настоянию думного дворянина А. Л. Ордина-Нащокина (воеводы в Инфлянтах в 1657–1661 гг.) царь распорядился вновь создать особый Лифляндский полк (6.11.1663). Полк этот находился в ведении приказа Тайных дел и был доверен псковскому дворянину И. Н. Суморокову. Главной его задачей была защита Борисоглебова (Динабурга), но базировался он большей частью в Лютине или на Опочке. Вопрос об Инфлянтах как о стратегически важном пункте на Западной Двине, в треугольнике владений Речи Посполитой (Литвы и Курляндского герцогства), России и Швеции, постоянно поднимался на русско-польских мирных переговорах. Ордин-Нащокин настаивал на их удержании из-за выгод в торговле и таможенных пошлин – в любом случае их захват противником был болезненным с дипломатической точки зрения. Полк насчитывал в разное время от 250 до более чем тысячи ратных людей. В декабре 1663 г. Сумороков был формально назван «товарищем» князя Н. Г. Гагарина, однако действовал по собственному наказу и особым указаниям из Москвы1 .
Гарнизон Борисоглебова под началом воеводы Н. Бухвостова насчитывал в то время около 200 человек. Ввиду нехватки людей для обороны всего периметра стен, воеводе было приказано «разорить» Нижний город и занять оборону только по замку, однако Бухвостов даже к марту 1664 г. этого так и не сделал.
Со стороны литовцев под Борисоглебовом продолжали базироваться литовские волонтерские полки С. Чернавского и Либика Кривого Сержанта (от 1500 до 3000 человек). В октябре 1663 г. они разорили посады Великих Лук и около месяца держали крепость в осаде. Впрочем, 6 декабря князь Д. А. Борятинский разгромил оба полка при Заболотье, нанеся им большие потери. Бросив обозы, волонтеры бежали: полк Либика – за Западную Двину, в расположение гетмана Сапеги, а Чарнецкий – на Освею. С наступлением зимы появилась реальная угроза их нового набега на Псковщину. Как базу для своих набегов волонтеры использовали Освею и Себеж, в котором находилось 200 человек гарнизона.
Чтобы предотвратить зимний набег, в Москве было решено направить псковские полки для упреждающего удара. После долгих сборов к началу января 1664 г. полк князя Гагарина перешел на Опочку, а Лифляндский – в Лютин. Оттуда они одновременно выступили против литовских форпостов у рубежей Псковской земли: князь Гагарин подступил к Себежу, осадил его, разорил окрестные уезды и выслал отряд в погоню за волонтерами в сторону Освеи (6–20.01); Сумороков же взял и сжег Освею (10–11.01). Узнав о подходе князя Гагарина, Чернавский спешно отступил от Себежа за Западную Двину. Добившись такого успеха, воеводские полки вернулись на исходные позиции.
В конце января 1664 г. полк Суморокова, усиленный псковской конницей (до 600 человек), совершил опустошительный рейд за Западную Двину, взял и разорил г. Друю (26.01) и без потерь вернулся к Лютину.
В начале февраля стряпчий А. Ф. Писарев выехал в Борисоглебов, чтобы провести переговоры о найме на царскую службу волонтерского полка Ягана Любека (Либика Кривого Сержанта). Переговоры не привели к какому-либо результату, хотя имели под собой серьезные основания. Воевода Сумороков, который с ротой конницы сопровождал Писарева, на обратном пути попал в засаду волонтеров Чернавского (16.02) и был вынужден спасаться бегством, что сильно задержало его возвращение в Лютин. В итоге князь Гагарин, получивший 12 февраля указ передать свой полк Суморокову, не стал его дожидаться, а распустил дворян по домам – сам же с начальными людьми конницы уехал из Опочки во Псков. Оборона псковского рубежа оказалась дезорганизована, и Опочецкий полк не сумел помешать новому набегу волонтеров, который последовал во второй половине февраля.
К концу февраля Сумороков все же собрал под своим командованием части Лифляндского полка и бывшего полка князя Гагарина и уже в начале марта 1664 г. вновь прорвался в Борисоглебов. На сей раз он существенно усилил гарнизон крепости (с 200 до 300 человек). Вскоре литовцы возобновили правильную осаду Борисоглебова. 10 марта 1664 г. полковники Чернавский и Либик двинулись в очередной набег на Псковские земли, оставив для поддержки осады коменданта Штока и 500 человек пехоты. Курляндская шляхта оказывала литовцам всяческое содействие, доставляя хлебные запасы для осадного корпуса2 .
В конце марта 1664 г. Суморокову удалось вернуться из Борисоглебова в Лютин. Оттуда он увел свой стремительно таявший воеводский полк (400 человек) на Опочку, чтобы эффективнее защищать уже собственно Псковский уезд (4.04). К тому времени полки Чернавского и Либика стояли на месте псковского пригорода Вороноча, разоряя окрестные земли. Вскоре волонтеры попытались атаковать и Опочку, но были отбиты во время вылазки и отошли на 20 верст от города (10.04). Князь Ф. Г. Ромодановский собрал во Пскове конных и пеших рейтар и выслал их на выручку Суморокову. В последующих боях в мае 1664 г. был убит литовский полковник Либик Кривой Сержант, и волонтеры были вынуждены отступить обратно за Западную Двину. Полк Либика до конца 1664 г. продолжал действовать совместно с полком Чернавского, сохраняя название по имени убитого командира – и репутацию отряда, готового перейти на царскую службу3 .
Таким образом, мобилизовав местные людские ресурсы (Псковской земли и Сомерской волости), царские воеводы сумели выполнить свою основную задачу: удержать Борисоглебов и порубежные города. Кроме того, вплоть до середины февраля 1664 г. они эффективно предотвращали набеги литовцев. Однако после дезорганизации Опочецкого полка противнику удалось совершить несколько удачных рейдов на русские земли и разорить южную часть Псковского уезда.
1. Поход отряда кн. Н. Г. Гагарина из Пскова на Опочку и на Себеж зимой 1663–1664 гг.; выступление из Пскова на Опочку (19.12.1663); поход к Себежу против литовских волонтеров Чернавского и возвращение на Опочку (6–20.01.1664); самовольный роспуск полка (около 20.02). – (1663, декабря 19 – февраля 20)
2. Поход Лифляндского полка И. Н. Суморокова на Лютин и Освею зимой 1663–1664 гг.; сбор Лифляндского полка во Пскове и переход в Лютин (к 5.01.1664); рейд на Освею и сожжение этой крепости (10 и 11.01). – (1663, декабрь – 1664, январь)
3. Поход Лифляндского полка И. Н. Суморокова на Друю и за З. Двину в январе 1664 г.; поход из Лютина за З. Двину (24–31.01), взятие и сожжение Друи (26.01). – (1664, января 24–31)
4. Поход отряда воеводы И. Н. Суморокова из Лютина в Борисоглебов в феврале 1664 г.; проезд с царскими офицерами в Борисоглебов (первая половина февраля); поражение отряда от волонтерского полка С. Чернавского при возвращении в Лютин (16.02); отступление Лифляндского полка в Опочку. – (1664, февраль)
5. Набег волонтерских полков Чернавского и Либика на Псковский уезд зимой 1664 г. – (1664, февраля после 16)
6. Поход Лифляндского полка И. Н. Суморокова из Опочки в Борисоглебов в марте 1664 г. – (1664, начало марта)
7. Набег волонтерских полков Чернавского и Либика на псковские земли весной 1664 г. и бои под Опочкой; приход волонтеров на Вороноч (конец 03.); переход Лифляндского полка из Лютина на Опочку (к 4.04); бой под Опочкой с волонтерами (10.10). – (1664, конец марта – май)
