Сегодня и вчера

Чтения в Императорском Обществе Истории и Древностей Российских при Московском Университете. 1870. Январь-Март. Книга первая. — М., 1870. С. 226.

И.П. Липранди. О природных границах и стремлении немцев на Восток. (1869)

… Да и чтобы Пруссия хотела отвоевать у России? Неужели, как с некоторого времени печать приписывает ей стремление, присоединить к своей Германии наш Прибалтийский Край и поставить границу под самым Петербургом, а, пожалуй, включить и его в Германию? Забавные мечтания некоторых публицистов, проповедующих и как бы скликающих на то своим, часто повторяемым, «Drang nach Osten». Бессмыслица, достойная обитателей Шарантона, или Бетлема! Да эта мысль противна и законам движения. С тех пор, как история начала передавать нам мировые события, наплыв, натиск народов всегда направлялся с Востока на Запад, а не обратно. Племена, населяющие всю Германию, пришли из Азии: мы не видим, чтобы какое либо из этих племен, перешедших с Востока на Запад, вновь обратилось к точке своего исхода и утвердило бы свое владычество, исключая голодающих Немцев, выходящих из отечества, как переселенцы, в Россию. Были набеги и более ничего; так, например, Поляки, воспользовавшись ослаблением России, временным удельным разделением и набегом на часть ее, с Востока же, Татар, сделали наезд на Западный, прилегающий к границами Польши, край, проникли даже до Москвы, но собравшеюся Русскою ратью на Востоке от Москвы, были вытеснены и впоследствии не только что изгнаны из областей, прилегавших к Польше, но и самое их Государство подпало под «Drang» не на «Osten,» а под «Drang nach Westen». В 1812 г. все силы материка Запада пытались было совершить «Drang nach Osten», да там все и легло. Заметим, между прочим, что Густав-Адольф, с тридцатью тысячами Шведов, распоряжался среди Германии, как бы у себя дома, и если бы не пал в битве при Люцене, то не известно, чем бы кончился его «Drang nach Westen».

Забавнее же всего в этом то, что будто бы Прибалтийские Дворяне сами призывают Пруссию на присоединение и их к великой немецкой семье! Да, ведь, так, пожалуй, и Сарепта с другими Немецкими поселенцами у нас, колонистами, начиная от Волынской Губернии почти беспрерывной цепью до берегов Волги, тоже могут возыметь желание присоединиться к Германии, пока еще и не Империи; да и удивительно, что до сих пор иноземная Немецкая печать не помещает и их писем, подобно тому, как помещаются письма из Прибалтийских Губерний, будто бы желающих отторжения от России и присоединения к Германии, под скипетр Прусский. Бессмыслица в высшей степени, особенно со стороны тех, которые могут еще сомневаться в возможности не только что присоединения, но и помысла о том Прибалтийского Дворянства. Оно очень хорошо знает, что господствующий элемент в Прибалтийском крае не немецкий, и, не говоря уже о значительных, в несколько раз превышающих его, элементах Латышском и Эстском (Чухны), но и самый Русский числительнее Немецкаго, затем Еврейский, хотя и причисляющий себя более к Немецкому, нежели ко всем другим, но все, однако же, не соплеменный им; есть часть и Поляков…