Краткая библиографическая справка


Аскольдов (Алексеев), Сергей Алексеевич, 

талантливый философ (родился в 1871 году). В своем главном труде: "Основная проблема теории познания и онтологии" (1900) А. выступает защитником метафизики как науки об истинно-сущем. Его точка зрения всего лучше может быть охарактеризована как своеобразный синтез лейбницеанства с эмпиризмом (эмпирическая монадология). Душа есть действенное субстанциальное единство объединенных активностью нашего "я" психических переживаний. Будучи непротяженным, "простым" единством, душа eo ipso является не только субстанцией, но прототипом понятия субстанции, которое мы, таким образом, впервые почерпаем каждый из непосредственного личного опыта. Мое "я" есть не простая "форма сознания", а "носитель" душевных состояний и перемен, наделенный творческой активностью. Душа совершенствуется развитием в себе способности: испытывать новые состояния сознания (сложность), становиться напряженнее в своих проявлениях (интенсивность) и приводить свое содержание все к более и более координированному соотношению (гармоничность). Но в мире существует не один "я". Солипсизм - заблуждение так же, как и материализм. Вне меня существует мир; истинная сущность его духовна. Прежде всего, на основании вполне законного заключения по аналогии, возникает убеждение, что с телами других людей, как видно из их проявлений, связано духовное бытие, подобное нашему, которое представляется нам "новою основною единицею, никогда не сливающеюся в своем отдельном бытии с нашим собственным сознанием". Сомнения в реальности чужого "я" не основательны. С точки зрения солипсизма необъяснима возможность для меня предугадывать поступки других людей. Равным образом солипсист не может объяснить факты эстетической перевоплощенности; ему приходится утверждать, что "Виктор Гюго, создавая своего Квазимодо, создавал собственно самого себя, что Шекспир изобразил себя в Калибане и т. д.". Но не одни люди одушевлены; мы имеем полное основание распространить наше заключение по аналогии, вследствие непрерывности всего организованного мира, на животных и на растения. Мир неорганизованный на первый взгляд отличается коренным образом от мира организованного. Но "маска мертвенности" неорганизованного мира есть иллюзия, одушевленная грубостью наших чувств. Ничто не препятствует нам распространять принцип одушевленности на всех индивидов природы, до весомого атома и частицы эфира включительно. Пространственно-временный чувственный мир протяженных индивидов есть лишь перспективный образ внепространственного мира духовных сущностей - душ, от душ эфирных атомов до человеческих душ и от последних до планетных душ "сверхчеловеческих существ". Этот ряд завершается мировой душой, соответствующей космосу как целому. Ее существование, впрочем, допустимо гипотетически, но не аподиктически. Души взаимодействуют между собою путем слияния: "под взаимодействием мы разумеем такое не уничтожающее самобытности взаимодействующих сущностей слияние их, в котором состояние одной непрерывно переходит в состояние другой, соответственно изменяясь при переходе из одной сферы в другую". Кроме указанной книги, А. принадлежит ряд интересных статей и ценных критических заметок: "Теория новейшего критицизма" ("Вопросы философии и психологии", № 74, 75), "В защиту чудесного" ("Вопросы философии и психологии"), "Мышление как объективно обусловленный процесс" ("Вопросы философии и психологии"), разбор диссертаций И. Лапшина : "Законы мышления и формы познания", и Н. Лосского: "Обоснование интуитивизма" ("Журнал Министерства Народного Просвещения", 1906, № 10, и 1907, № 7); "О любви к ближнему и людям" ("Вопросы философии и психологии", № 86), "Христианство и политика" ("Труды Киевской духовной академии", № 6 и 7, 1906, и отдельно). В 82-томном "Энциклопедическом Словаре" Брокгауза-Ефрона А. напечатал ряд статей, из которых наиболее значительны: "Тейхмюллер", "Фантазия", "Фихте Младший", "Фехнер", "Шеллинг", "Этика", "Я" (в философии), "Имманентная философия".

И. Лапшин.

Источник: Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона.

Сергей Алексеевич Алексеев 

(псевдоним Аскольдов, 1870—1945) был сыном философа А. А. Козлова. Он не мог унаследовать имени отца по следующей причине. В молодости Козлов был страстным «народником» и женился на крестьянке. Вскоре он ушел от нее, но жена не давала ему развода. Впоследствии он полюбил Марию Александровну Челищеву, девушку благородного происхождения, из культурной семьи, и вступил с ней в постоянный брачный союз; однако дети его, по закону, не могли носить фамилию отца, и сын Козлова получил фамилию Алексеев, т. е. сын Алексея.

Окончив естественнонаучный факультет Петербургского университета, Алексеев стал экспертом по химии в департа­менте таможенных пошлин и акциза. Он надеялся, что сможет посвятить все свое свободное время философии. Оказалось, однако, что при добросовестной работе у него оставалось мало времени и энергии для философии. Поэтому в возрасте сорока лет Алексеев решил, подобно своему отцу, заняться академической деятельностью.

В 1914 г. он написал книгу «Мысль и действительность», за которую получил степень магистра философии в Московском университете.

После большевистской революции он, разумеется, должен был оставить мысль о профессорской кафедре. В 1921 г. Алексеев основал тайное религиозное и философское общество, известное как общество С. А. Аскольдова. В 1926 г. оно было переименовано в «братство св. Серафима Саровского».

В 1928 г. советское правительство арестовало всех членов братства, а Алексеева сослало в Зырянскую область (бассейн Камы), где он жил в очень тяжелых условиях. В 1935 г. ему было разрешено переселиться в Новгород. В 1941 г., когда Новгород был занят немцами, Алексеев оказался по эту сторону «железного занавеса» и написал несколько статей против марксизма. В 1944 г. он получил премию за свою книгу «Критика диалектического материализма». В последние годы жизни Алексеев страдал тяжелой формой ангины, которую он переносил с большей стойкостью. Он умер в Потсдаме.

Алексеев (Аскольдов) был высокоодаренным философом, но обстоятельства не дали ему возможности полностью выразить свои идеи в печати. Вот его главные работы: «Основные проблемы теории познания и онтологии», 1900; "В защиту сверхъестественного" (в журнале «Вопросы философии и психологии», т. V, 1903); «О любви к Богу и к своему ближнему» (там же, I, 1907); «А. А. Козлов», 1912; «Мысль и действительность», 1914; «Сознание как целое», 1918; «Время» («Мысль», III, 1922); «Дух и материя» (в сборнике «Но­вые вехи», № 2, Прага, 1945).

С. А. Алексеев, как и его отец А. А. Козлов, является пред­ставителем персонализма, тесно соприкасающегося с монадо­логией Лейбница. В своей книге «Мысль и действительность» он выступает против абсолютного интуитивизма Лосского, но до известной степени он сам является интуитивистом, так как он, хотя и рассматривает чувственные качества как субъек­тивные, допускает, однако, наличие транссубъективного эле­мента в перцепции. Однако, по его мнению, интуитивная часть перцепции «слишком незначительна по отношению ко всему содержанию перцепции в целом» и представляет собой только «своего рода скудный остов, облекаемый актом апперцепции в пестрый, разноцветный покров, количественно различный для каждого воспринимающего» (гл. X).

В своей статье «Время» Алексеев проводит различие между онтологическим, психологическим и физическим временем. Он утверждает, что физическое время, с которым имеет дело современная теория относительности, получается путем измерения в связи с движением в пространстве. Это — относительное время, рассматриваемое не sub specie mundi (сточки зрения мира), а только sub speci mensionis (с точки зрения измерения) (83). Онтологическое время познается мыслью вне связи с движением в пространстве, в этом вре­мени существует «теперь», однозначное для всех мировых систем (84).

Концепция всепобеждающего времени Алексеева состоит в следующем. В нашем времени: новое содержание бытия вытесняет старое, и последнее погибает. Возможна, однако, более высокая временная система, в которой прошлое не исче­зает, но сохраняет свою жизненность наряду со все расту­щим новым содержанием. В области бытия, где время отно­сится к этому типу, «вырвано жало смерти» (94).

Статья Алексеева «В защиту сверхъестественного» пред­ставляет особую ценность в наши дни, когда среди протестан­тов, даже среди духовенства, есть люди, которые под влия­нием псевдонаучных идей отрицают возможность чудес. Со­гласно определению Алексеева, «чудо — это явление, проис­ходящее в области объективного человеческого опыта, но обусловленное силами высших духовных существ и не выте­кающее из законов материальной природы» (440).

Он подразделяет возражения против сверхъестественного на три категории — гносеологические, метафизические и этические — и показывает, что они несостоятельны. Он придает особое значение своему аргументу о том, что отдельная личность есть одна из причин явлений и что деятельность личности имеет характер индивидуальной причинности, а не всеобщего закона.

На основе своей метафизики, очень близкой к теориям Лейбница, Алексеев допускал перевоплощение. В конце жиз­ни он написал книгу «О перевоплощении».

Перед смертью в письме к профессору Андреевскому он писал: «Молясь отцу Иоанну Кронштадтскому и Св. Сера­фиму, я почувствовал, что должен сжечь мою книгу о пере­воплощении. Может быть, я и прав в теории, но они отвергли бы мой труд. А я не могу молиться им, не уничтожив сначала то, что они осудили бы, сказав «не делай» и объявив это «не­желательным». Я сжег ее сегодня».

ИсточникЛосский Н.О. История русской философии (1951). Глава XXVI. Новейший период развития русской философии.

Книги