Среди них выделяется своей подробностью повествование о восстании в Верхнем Поволжье, подавленном боярином Янем Вышатичем. Янь, по прямому свидетельству «Повести временных лет» под 6614 (1106) г., был информатором летописца: «От него же и азъ многа словеса слышах, еже и вписах в лѣтописаньи семь»1. Рассказ, изобилующий деталями, несомненно записан с его слов, поэтому точность передачи событий сомнений не вызывает2. Что касается их датировки, то под 1071 г. в летописи собраны рассказы о происходившем в разное время. Восстание в районе Ярославля-Белоозера имело место, скорее всего, в конце 1073-го — начале 1074 г., когда Святослав Ярославич,от имени которого действовал Янь, был киевским князем3. Приведем рассказ полностью4.
Бывше бо единою скудити (И, Р, Н — скудости) в Ростовьстѣи области, встаста два волъхва от Ярославля, глаголюща, яко «вѣ свѣвѣ, кто обилье держить». И поидоста по Волзѣ; кдѣ придут в погостѣ, ту же нарицаху лучьшиѣ жены, глаголюща, яко «си жито держить, а си медъ, а си рыбы, а си скору си». И привожаху к нима сестры своя, матере и жены своя. Она же в мечтѣ прорѣзавше за плечемь, въиимаста любо жито, любо рыбу (в И и Н добавлено — или вѣверицю), и оубивашета многы жены, [и] имѣнье ихъ отимашета собѣ. И придоста на Бѣлоозеро, и бѣ оу нее люди инѣ 300. В се же время приключися прити от Святослава дань емлющю Яневи, сыну Вышатину; повѣдаша ему бѣлозерци, яко два кудесника избила оуже многы жены по Вользѣ и по Шекснѣ, и пришла еста сѣмо. Ян же, испытавъ, чья еста смерда, и оувѣдѣвъ, яко своего князя, пославъ к нимъ, иже около ею суть, рече имъ: «Выдаите волхва та сѣмо, яко смерда еста моя и моего князя». Они же сего не послушаша. Янь же поиде сам безъ оружья, и рѣша ему отроци его: «Не ходи безъ оружья, осоромять тя». Он же повелѣ взяти оружья отрокомъ, и бѣста 12 отрока с нимь, и поиде к ним по лѣсу. Они же сташа исполчившеся противу. Яневи же идущю с топорцем, выступиша от них 3 мужи, придоша къ Яневи, рекуще ему: «Вида, идеши на смерть, не ходи». Оному же повелѣвшю обити (И, Р, Н — бити) я, к прочимъ же поиде. Они же сунушася на Яня, единъ грѣшися Яня топором. Янь же, оборотя топоръ, оудари и тыльемь, повѣле отроком сѣчи я. Они же бѣжаша в лѣсъ, оубиша же ту попина Янева. Янь же вшедъ в град к бѣлозерцем, рече имъ: «Аще не имате волхву сею, не иду от васъ и за лѣто». Бѣлозерци же шедше яша я, и приведоша е к Яневи. И рече има: «Что ради погубиста толико человекъ?» Онѣма же рекшема, яко «ти держать обилье, да аще истребивѣ сихъ, будеть гобино; аще ли хощеши, то пере[д] тобою вынемѣве жито ли, рыбу ли ино что». Янь же рече: «По истинѣ лжа то; створилъ Богъ человека от землѣ, сставленъ костьми и жылами от крове, нѣсть в немь ничто же, и не вѣсть ничто же, но токъмо единъ Богъ вѣсть». Она же рекоста: «Вѣ вѣвѣ, како есть человекъ створенъ». Он же рече: «Како?» Она же рекоста: «Богъ мывъся въ мовници, и вспотивъся, от ся (И, Р — отерся, Н — отреся) ветъхомъ, и верже с небесе на землю. И распрѣся сотона с Богомь, кому в немь створити человека, и створи дьяволъ человека, а Богъ душю в не вложи. Тѣм же аще оумреть человекъ, в землю идеть тѣло, а душа к Богу». Рече има Янь: «Поистинѣ, прельстилъ вас есть бѣсъ. Коему богу вѣруета?» Она же рекоста: «Антихристу». Он же рече има: «То кдѣ есть?» Она же рекоста: «Сѣдить в безднѣ». Рече има Янь: «Какыи то Богъ, сѣдя в безднѣ, то есть бѣсъ, а Богъ есть на небеси сѣдя на престолѣ, славим от ангелъ, иже предстоять ему со страхом, не могуще на нь зрети. Сих бо ангелъ сверженъ бысть, его же вы глаголета антихрест, за величанье его низъверженъ бысть с небесе и есть в безднѣ, якоже то вы глаголета, жда, егда придеть Богъ с небесе, сего имъ антихриста свяжеть оузами и посадить и емъ его с слугами своими и иже к нему вѣрують. Вама же и сде муку прияти от мене, и по смерти тамо». Онѣма же рекшема: «Нама бози повѣдають, не можеши нам створити ничто же». Он же рече има: «Лжють вам бози». [Она же рекоста]: «Нама стати (И, Р — предстати) пред Святославомь, а ты не можьшь створити ничто же». Янь же повелѣ бити я и потергати брадѣ ею. Сима же тепенома и брадѣ ею потерганѣ проскѣпомъ. Рече има Янь: «Что вам бози молвять?» Онѣма же рекшема: «Стати нам пред Святославом». И повелѣ Янь вложити рубль въ оуста има и привязати я къ оупругу, и пусти пред собою [въ] лодьѣ, и самъ по них иде. Сташа на оустьи Шексны, и рече има Янь: «Что вам бози молвять?» Она же рѣста: «Сице нама бози молвять: не быти нам живы от тобе». И рече има Янь: «то ти вам право повѣдали». Она же рекоста: «Но аще на пустиши, много ти добра будеть, аще ли наю погубиши, многу печаль приимеши и зло». Он же рече има: «Аще ваю пущю, то зло ми будет от Бога (И, Р, Н добавлено — аще ли васъ погоублю, то мьзда ми будеть). И рече Янь повозником: «Ци кому вас кто родинъ убьенъ от сею?» Они же рѣша: «Мнѣ мати, другому сестра, иному роженье (И — родичь)». Он же рече имъ: «Мьстите своихъ». Они же поимше оубиша я и повѣсиша е на дубѣ; отмьстье приимше от Бога по правдѣ. Яневи же идущю домови, в другую нощь медвѣдь възлѣзъ, оугрызъ ею и снѣсть. И тако погыбнуста наущеньемь бѣсовьскым, инѣмъ вѣдуще, а своее пагубы не вѣдуче. Аще ли быста вѣдала, то не быста пришла на мѣсто се, идеже ятома има быти; аще ли и ята быста, то почто глаголаста: «не оумрети нам», оному мыслящю оубити я? Но се есть бѣсовьское наоученье: бѣси бо не вѣдять мысли человечское, но влагають помыслъ въ человека, таины не свѣдуще; Богъ единъ вѣсть помышленья человечьская, бѣси же не свѣдають ничто же, суть бо немощни и худи взоромь.
Данный фрагмент привлекал внимание исследователей в первую очередь как свидетельство о народном восстании, а также о языческих верованиях5. В то же время отмечалось и отображение в нем норм права, известных по Русской Правде. В словах волхвов «нама стати пред Святославомь, а ты не можьшь створити ничто же» констатировали отсылку к ст. 33 Краткой редакции Русской Правды, согласно которой «или смердъ оумоучать, а безъ княжа слова, за обиду 3 гривны»6, а расправу родственников убитых женщин над волхвами рассматривали как акт кровной мести, предусмотренной ст. 1 Краткой и Пространной редакций7.
Между тем представляется, что «правовой контекст» событий на Белоозере не исчерпывается указанными двумя параллелями.
Поначалу белозерцы не участвуют в действиях против повстанцев: Янь вступает с ними в столкновение только со своими «отроками» (отрядом, сопровождавшим его как сборщика дани). Изменилась позиция жителей Белоозера лишь после угрозы Яня не уйти от них в течение целого года: «Аще не имате волхву сею, не иду от васъ и за лѣто». Тогда белозерцы захватили волхвов, причем без всякого участия Яня и его людей. Чего именно так испугались горожане?
Исключено, что предполагалось продолжение сбора дани8 (того, за чем приходил Янь на Белоозеро): дань была фиксированным налогом9, и собирать ее в произвольных размерах киевский боярин не мог — получив предназначенную за год сумму, следующую он мог собрать, и в тех же размерах, только год спустя. С этой стороны пребывание Яня на Белоозере грозить его жителям не могло. Содержание отряда в течение года, несомненно, было бы накладно, но не разорительно: ведь отряд был невелик — 13 человек (Янь и 12 отроков, четырнадцатый — священник — погиб). Между тем само намерение пробыть на Белоозере в течение целого года, явно воспринятое горожанами всерьез, выглядит на первый взгляд странно. Янь — человек, находящийся на службе у князя, и за это время он может понадобиться Святославу для иных поручений. Угроза Яня имела смысл, только если предполагалось не праздное его времяпровождение на Белоозере, а пребывание там, сопряженное с исполнением неких служебных обязанностей. Чтобы прояснить, какие это могли быть обязанности, нужно взглянуть с правовой точки зрения на всю описанную в летописи коллизию.
В Русской Правде отсутствуют нормы, посвященные «политическим», говоря современным языком, преступлениям — мятежу, измене и т.п.10 С точки зрения существовавших правовых норм на Верхней Волге и Шексне происходили убийства. За убийство «мужа» — свободного мужчины — полагалось выплатить «виру» в 40 гривен11. Согласно зафиксированной в Пространной редакции Русской Правды норме (ст. 88), «аже кто оубиеть жену, то тѣм же судомь судити, яко же и мужа; аже будеть виноватъ (вар.: виновата), то пол виры 20 гривенъ»12. Трактовка данной статьи как устанавливающей за женщин 20-гривенную виру вряд ли верна: формулировка «тем же судом» как раз означает, что за убийство женщины присуждается такая же вира, как за мужчину соответствующего статуса, а «половинная» предусматривается, скорее всего, при наличии смягчающих обстоятельств — «вины» убитой (видимо, в случаях убийства «жены» в «узком» смысле — супруги)13. Таким образом, за убитых волхвами женщин полагалось по закону взимать 40-гривенные виры. Но убийцы не были захвачены, а белозерцы — жители города-центра округи, в которой происходили преступления, не помогали в их поимке. Такая ситуация в Краткой редакции Русской Правды, в той ее части, которая, по прямому указанию в тексте, была принята на съезде трех князей-Ярославичей (то есть не позднее 1072 г.)14, предусмотрена в отношении убийства управляющего княжеским хозяйством — «огнищанина»: «А иже оубьють огнищанина в разбои, или оубиица не ищоуть, то вирное платити, в неи же вири (искаженное «верви». — А.Г.) голова начнеть лежати» (ст. 20)15. В Пространной редакции эта норма распространяется на случаи убийства всех свободных людей: «Аже кто оубиеть княжа мужа в разбои, а головника не ищють, то виревную платити, въ чьеи же верви голова лежить, то 80 гривенъ; паки ли людинъ, то 40 гривенъ» (ст. 3)16. В случае отказа населения помогать в поисках убийцы выплата виры ложилась на «вервь» — территориальное объединение людей, на чьей земле произошло преступление17. Такая вира, в Пространной редакции определяемая как «дикая», выплачивалась в рассрочку: «Которая ли вервь начнеть платити дикую вѣру, колико лѣтъ заплатить ту виру, зане безъ головника (убийцы. — А.Г.) имъ платити» (ст. 4)18. Пространная редакция Русской Правды в дошедшем до нас виде появилась не ранее 1113 г.19, но многие нормы, зафиксированные в ней, несомненно применялись и прежде этого времени20. Учитывая, что статья «Правды Ярославичей» об огнищанине фактически свидетельствует о существовании «дикой виры», можно полагать, что применение этой нормы в случаях убийства свободных людей иного статуса имело место и в 1070-е гг. Поэтому угроза Яня остаться в Белоозере на год означала, скорее всего, что он намеревался заняться сбором с белозерцев «дикой виры»: она выплачивается по закону в рассрочку, и Янь будет ждать, пока наберется вся необходимая сумма.
Каковы могли быть масштабы требуемого платежа и чем он мог обернуться для города?
Поскольку в летописном рассказе говорится об убийстве «многих жен», речь идет явно о десятках случаев. Допустим, что на территории, тянувшей судом и данью к Белоозеру, было убито 20–30 женщин. Тогда сумма вир составляла 800–1200 гривен. Согласно данным археологических исследований Белоозера, в течение XI в. его площадь возросла в пять раз и к концу столетия достигла 7 га21. К концу третьей четверти XI в. она, скорее всего, еще не превышала 5–6 га. При сплошной дворовой застройке на такой площади могло бы проживать 550–660 человек22, но поскольку в нее наверняка входили улицы и пространства между дворами, число жителей должно было быть несколько меньшим, около 500 человек. На семью приходилось в среднем 4–5 человек23, следовательно, в Белоозере могло проживать от 100 до 125 семей. Таким образом, на семью пришлись бы выплаты размером минимум 6 с лишним гривен, а максимум — 12. Учитывая, что 2 гривны составляла (по данным Русской Правды) стоимость коня24, каждая семья должна была лишиться достатка, эквивалентного трем–шести лошадям. Для небогатых хозяйств (которых было, как в любом средневековом социуме, несомненно большинство) сбор неподъемный, и намного большие, чем средние по городу, выплаты неизбежно легли бы на зажиточных белозерцев — городскую верхушку. Фактически Белоозеро ожидало бы экономическое разорение25. Нужно было выбирать: либо присоединиться к восставшим и перебить или изгнать отряд Яня (что повлекло бы за собой кару в виде военного похода со стороны князя Святослава), либо помочь боярину в поимке убийц. Белозерцы предпочли второй путь и организовали захват волхвов26.
Следующая правовая коллизия возникла в ходе допроса преступников. Они утверждали: «Нама стати пред Святославомь, а ты не можьшь створити ничто же». Это, как справедливо отмечалось в историографии, прямая ссылка на ст. 33 Краткой редакции Русской Правды: «Или смердъ оумоучать, а безъ княжа слова, за обиду 3 гривны»27. Янь в ответ делает то, в праве на что волхвы ему отказали — подвергает их пытке. Утверждение, что боярин тем самым демонстративно нарушил закон28, вряд ли справедливо. Янь Вышатич явно пришел на Белоозеро со значительными полномочиями: скорее всего, он должен был установить новые порядки в связи с переходом этой территории под власть Святослава Ярославича, вызванным перераспределением волостей после изгнания им в союзе со Всеволодом (ранее владевшим Белоозером) из Киева Изяслава (1073 г.)29. И своими действиями Янь демонстрировал, что «княжье слово» у него есть, Святослав делегировал ему свои полномочия заранее, отправляя его с миссией. В любом случае несомненно, что «Правда Ярославичей» в момент событий действовала30, и волхвы-смерды, люди, явно не принадлежащие к образованной элите, ее нормы знали.
Завершающим актом стала выдача волхвов на расправу родственникам убитых ими женщин. Прибегнуть к такому способу Яня вынуждает опять-таки закон. Смертная казнь Русской Правдой не предусмотрена. Янь понимает, что волхвы — опасные мятежники; заплатить виру они не в состоянии. Но если он прикажет своим отрокам умертвить волхвов, то нарушит закон и возьмет на себя грех убийства. Выходом оказывается процедура кровной мести.
Согласно ст. 2 Пространной редакции Русской Правды, кровная месть была отменена Ярославичами, то есть не позже 1072 г.: «По Ярославѣ же паки совкупившеся сынове его: Изяславъ, Святославъ, Всеволодъ и мужи ихъ: Коснячько, Перенѣгъ, Никифоръ и отложиша оубиение за голову, но кунами ся выкупати»31. Если считать это сообщение достоверным32, то, учитывая, что описываемые события происходили в 1074 г.33, придется признать факт нарушения Янем закона. Но такое нарушение было относительно небольшим в сравнении с казнью волхвов своими силами: на Яня не ложился грех убийства, а применение уже не действующей нормы можно было при необходимости объяснить невозможностью удержать родственников от расправы.
Данных о том, как осуществлялась на практике кровная месть, немного. Недавно был выдвинут тезис, что месть реализовывалась через судебный поединок — «поле». «Если обвиненный лишен защиты, — пишет автор этой версии, — то нет надобности устанавливать категории дееспособных мстителей…: старуха-бабушка с мотыгой, памятная нам по “Семи самураям” Куросавы, вполне годилась на эту роль. Однако право на месть не давало права зарезать связанного или отравить обидчика втихую; оно осуществлялось в форме поединка, который являлся следствием отказа от денежной виры в пользу осуществления Божьего суда»34. Но такая трактовка противоречит данным источников о процедуре «поля». Подробные сведения об этом, содержащиеся в законодательных памятниках XV в., говорят, что поединок мог решать спор по делам о «душегубстве» (убийстве), поджоге, разбое, «татьбе» (воровстве), «бое» (избиении), «заемных делах» (о долге) и принадлежности земельных угодий. Но если преступник был известен, поединок не мог быть назначен: в этом случае выносил и осуществлял приговор облеченный судебными функциями представитель власти35. То есть к процедуре «поля» прибегали в случае отсутствия доказательств обвинения. Смысл поединка в том, что Божий суд должен отдать победу правому. Поединок в ситуации, когда убийца изобличен, был бы абсурдом: что в этом случае доказала бы победа преступника? Что он, убив близкого родственника истца, поступил правильно?
Что касается способа осуществления мести, то отравление, разумеется, исключено, хотя бы потому, что это деяние тайное, а месть — открытое, разрешенное законом. Но вот насчет возможности «зарезать связанного» недоумение излишне, ибо есть известия, прямо говорящие именно о таком действии. В договоре Игоря с Византией 944 г. статья о наказании за убийство формулируется следующим образом: «Аще оубьеть хрестьанинъ русина или русинъ хрестьанина, да держемъ будет створивыи оубииство от ближних оубьенаго, да оубьють и»36. Это месть со стороны «ближних», то есть родственников убитого37, и она производится в виде умерщвления схваченного преступника. Другим примером является рассматриваемый эпизод в устье Шексны, когда связанных волхвов убивают родственники погубленных ими женщин. При этом «старуха-бабушка» на роль исполнителя мести, согласно закону, не годилась. Перечень мстителей, вытекающий из летописной статьи 6579 г., в точности совпадает с тем, что читается в ст. 1 Краткой и Пространной редакций Русской Правды38. Мстили за матерей, сестер и дочерей39, то есть мстителями выступили сыновья, братья и отцы убитых женщин. Текст не упоминает месть за жен, хотя, когда повествуется о самих убийствах, сказано, что «привожаху к нима сестры своя, матере и жены своя», то есть мужья-вдовцы среди близких погибших несомненно были. Но ст. 1 не предусматривала в качестве мстителей родственников по браку. Мстить мог брат за брата, сын за отца, отец за сына и племянники за дядьев: «Оубьеть моужь моужа, то мьстить братоу брата, или сынови отца, любо отцю сына, или братоучадоу, любо сестриноу сынови»40. И в летописном рассказе видим ту же картину, только место членов семьи мужского пола занимают соответствующие им женщины: братья мстят за сестер, сыновья за матерей, отцы за дочерей.
Таким образом, деятельность Яня Вышатича на Белоозере проходила в полном соответствии с существующими нормами права41. Положения Русской Правды хорошо были известны не только самому Яню, осуществлявшему помимо сбора дани судебные функции, но и горожанам-белозерцам, и смердам-волхвам, и тем, кто от них пострадал. В 1070-е гг. действовала «Правда Ярославичей», а также нормы, связанные с взиманием «дикой виры» — выплаты в складчину членами территориальной общности штрафа в случае неоказания помощи в поиске убийцы, причем в том виде, как они зафиксированы в Пространной редакции Русской Правды. Был применен и принцип кровной мести, но остается неясным, означает ли это, что она еще разрешалась, или имело место допущение уже отмененной статьи закона в чрезвычайных обстоятельствах.
References
Воронин Н.Н. Восстание смердов в XI в. // Исторический журнал. 1940. № 2.
Захаров С.Д. Древнерусский город Белоозеро. М., 2004.
Зимин А.А. Правда Русская. М., 1999.
Кривошеев Ю.В. Языческая обрядность и социальная борьба в Верхнем Поволжье в 1071 г. // Историческая география. Л., 1985.
Кучкин В.А. Формирование государственной территории Северо-Восточной Руси в X–XIV вв. М., 1984.
Кучкин В.А. Население Руси в канун Батыева нашествия // Образы аграрной России IX–XVIII вв.: Памяти Н.А. Горской. М., 2013.
Милов Л.В. Исследования по истории памятников средневекового права. М., 2009.
Никольский С.Л. О характере участия женщин в кровной мести (Скандинавия и Древняя Русь) // Древнейшие государства Восточной Европы. 1999 г.: Восточная и Северная Европа в Средневековье. М., 2001.
Романов Б.А. Люди и нравы Древней Руси. Л., 1966.
Российское законодательство X–XX вв. Т. 1. М., 1984.
Свердлов М.Б. Домонгольская Русь: князь и княжеская власть на Руси в VI — первой трети XIII в. СПб., 2003.
Словарь древнерусского языка (XI–XIV вв.). Т. 10. М., 2013.
Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 1 (XI — первая половина XIV в.). Л., 1987.
Тихомиров М.Н. Исследование о Русской Правде. М.; Л., 1941.
Тихомиров М.Н. Крестьянские и городские восстания на Руси
в XI–XIII вв. М., 1955.
Фроянов И.Я. Древняя Русь: опыт исследования социальной и политической борьбы. СПб., 1995.
Цукерман К. О Правде руской // Ruthenica. T. 12. Київ, 2004.
Черепнин Л.В. Общественно-политические отношения в Древней Руси и Русская Правда // Древнерусское государство и его международное значение. М., 1965.
Щапов Я.Н. Характер крестьянских движений на Руси XI в. // Исследования по истории и историографии феодализма. М., 1982.
1 Полное собрание русских летописей (далее — ПСРЛ). Т. 1. Лаврентьевская летопись. М., 1997. Стб. 281.
2 Литературу о Яне Вышатиче и его отношении к летописанию см.: Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 1 (XI — первая половина XIV в.). Л., 1987. С. 484–485.
3 См. подробный анализ этого вопроса: Кучкин В.А. Формирование государственной территории Северо-Восточной Руси в X–XIV вв. М., 1984. С. 62–65.
4 Текст приводится по Лаврентьевской летописи (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 175–178); в скобках даются имеющие содержательное значение варианты чтений из Ипатьевской (ПСРЛ. Т. 2. М., 2001. Стб. 164–168; в тексте обозначается как И), Радзивилловской (ПСРЛ. Т. 38. Л., 1989. С. 74–75; обозначается как Р) и Новгородской первой младшего извода (Новгородская летопись старшего и младшего изводов. М.; Л.. 1950. С. 192–195; обозначается как Н) летописей.
5 См., напр.: Воронин Н.Н. Восстание смердов в XI в. // Исторический журнал. 1940. № 2; Тихомиров М.Н. Крестьянские и городские восстания на Руси в XI–XIII вв. М., 1955. С. 114–124; Мавродин В.В. Народные движения в Древней Руси XI–XIII вв. М., 1961. С. 39–45; Щапов Я.Н. Характер крестьянских движений на Руси XI в. // Исследования по истории и историографии феодализма. М., 1982. С. 144–146; Кривошеев Ю.В. Языческая обрядность и социальная борьба в Верхнем Поволжье в 1071 г. // Историческая география. Л., 1985; Фроянов И.Я. Древняя Русь: опыт исследования социальной и политической борьбы. СПб., 1995. С. 139–162.
6 Правда Русская. Т. 1. М.; Л., 1940. С. 72, 80.
7 Романов Б.А. Люди и нравы Древней Руси. Л., 1966. С. 96–99; Черепнин Л.В. Общественно-политические отношения в Древней Руси и Русская Правда // Древнерусское государство и его международное значение. М., 1965. С. 184; Зимин А.А. Правда Русская. М., 1999. С. 106, 109, 201; Свердлов М.Б. Домонгольская Русь: князь и княжеская власть на Руси в VI — первой трети XIII в. СПб., 2003. С. 520–521.
8 Такая версия выдвигалась: Мавродин В.В. Народные движения в Древней Руси XI–XIII вв. С. 42.
9 Данные о ее регламентации см.: ПСРЛ. Т. 1. Стб. 130 (под 1014 г.); Древнерусские княжеские уставы XI–XV вв. М., 1976. С. 141–143 (уставная грамота князя Ростислава Мстиславича Смоленской епископии, 1136 г.).
10 Понятие «коромолник» войдет в памятники права много позже.
11 Правда Русская. Т. 1. С. 71, 79 (ст. 1 Краткой редакции).
12 Там же. С. 114, 289.
13 См.: Правда Русская. Т. 2: Комментарии. М.; Л., 1947. С. 602–605.
14 Правда Русская. Т. 1. С. 71, 80. В начале 1073 г. Святослав и Всеволод Ярославичи изгнали старшего брата Изяслава из Киева, а вернулся он на Русь уже после смерти Святослава (1076 г.).
15 Там же.
16 Там же. С. 104.
17 Под «вервью» в историографии принято понимать сельскую общину, но упоминания этого термина в Русской Правде (а в иных источниках он не встречается) подразумевают вообще общность людей по территориальному признаку, без указаний, что речь идет о сельском или городском населении (Там же. С. 71, 80, 104, 105, 112). Нормы, устанавливающие ответственность верви, должны были действовать и в отношении коллективов горожан, если речь шла о преступлениях в округе, центром которой был тот или иной город.
18 Там же. С. 104.
19 В ее тексте упоминается совещание, собранное Владимиром Мономахом в селе Берестове под Киевом «по Святополцѣ» (Там же. С. 110), то есть после смерти киевского князя Святополка Изяславича и вокняжения Владимира Всеволодича в Киеве (апрель 1113 г.).
20 Это видно из ссылок в Пространной редакции на установления Ярослава (ст. 9) и его сыновей (ст. 2, 65): Правда Русская. Т. 1. С. 104, 105, 112.
21 Захаров С.Д. Древнерусский город Белоозеро. М., 2004. С. 93–94 и рис. 268.
22 См. расчеты В.А. Кучкина: Кучкин В.А. Население Руси в канун Батыева нашествия // Образы аграрной России IX–XVIII вв.: Памяти Н.А. Горской. М., 2013. С. 85–86.
23 Там же.
24 Правда Русская. Т. 1. С 72, 80 (ст. 28 Краткой редакции), 108 (ст. 45 Пространной редакции).
25 Для сравнения можно вспомнить требование варягов-наемников к Владимиру Святославичу после захвата Киева выплатить им «окуп» по 2 гривны с человека, расцененное как непомерное и не выполненное князем (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 78–79). В случае с Белоозером сбор с каждого лица мужского пола должен был оказаться существенно больше — от 3 до 5 гривен.
26 Из летописного рассказа можно понять, что захват произошел не путем боевого столкновения, поскольку о волхвах говорится, что они, не зная, что их ждет, пришли в некое место, где были схвачены: «Аще ли быста вѣдала, то не быста пришла на мѣсто се, идеже ятома има быти». Скорее всего, у горожан были связи среди повстанцев, присоединившихся к волхвам, и их удалось заманить в ловушку.
27 Правда Русская. Т. 1. С. 72, 80. Статья относится к «Правде Ярославичей», то есть в 1073–1074 гг. она несомненно уже действовала.
28 Романов Б.А. Указ. соч. С. 98.
29 См.: Кучкин В.А. Формирование… С. 65.
30 Предположение, что запрет «мучить» смерда без княжа слова стал ответом на события на Белоозере (Черепнин Л.В. Общественно-политические отношения… С. 193–194), не может быть принято в силу того, что эти события происходили не в 1071-м, а в конце 1073-го — начале 1074 г., а Правда Ярославичей не могла возникнуть позже 1072 г.
31 Правда Русская. Т. 1. С. 104.
32 См. аргументы против этого: Цукерман К. О Правде руской // Ruthenica. T. 12. Київ, 2004. С. 128–134.
33 Их развязка имела место, по-видимому, весной 1074 г., поскольку была возможна транспортировка схваченных волхвов в лодье.
34 Там же. С. 134.
35 Российское законодательство X–XX вв. Т. 1. М., 1984. С. 332, 334, 335, 341, 342 (Псковская судная грамота); Судебники XV–XVI вв. М.; Л., 1952. С. 19–20, 24, 26 (Судебник Ивана III 1497 г.).
36 I trattati dell’antica Russia con l’imperio Romano d’Oriente/Договоры Древней Руси с Восточной Римской империей. Roma–Mosca, 2011. Р. 79.
37 Ср.: Милов Л.В. Исследования по истории памятников средневекового права. М., 2009. С. 129–130.
38 На это обращали внимание М.Н. Тихомиров (Тихомиров М.Н. Исследование о Русской Правде. М.; Л., 1941. С. 52–53) и С.Л. Никольский (Никольский С.Л. О характере участия женщин в кровной мести (Скандинавия и Древняя Русь) // Древнейшие государства Восточной Европы. 1999 г.: Восточная и Северная Европа в Средневековье. М., 2001).
39 «Роженье» значит ребенок (Словарь древнерусского языка (XI–XIV вв.). Т. 10. М., 2013. С. 422), в данном случае, поскольку убитыми были женщины — дочь. Чтение Ипатьевской летописи «родичь» явно вторично.
40 Правда Русская. Т. 1. С. 70, 79 (Краткая редакция); ср.: Там же. С. 104 (Пространная редакция).
41 Мнение, что Янь действовал вопреки киевским законодателям, демонстрировал «оппозицию» им (Романов Б.А. Указ. соч. С. 99), в свете сказанного выше выглядит безосновательным.
