Высшее должностное лицо в десятичной системе управления.
Первое известие упоминает тысяцкого не прямо: «Тогда держащю воеводьство кыевьская тысяча Яневи» (ПВЛ под 1089 г.)1. Здесь упоминается «тысяча» как объект, которым управляет Янь Вышатич, но сам он «тысяцким» не назван. Под 1113 г. в ПВЛ упомянут «дворъ Путятинъ тысячького»2.
Сразу несколько тысяцких называются в статье Русской Правды Пространной редакции, сообщающей о совещании в селе Берестове под Киевом, состоявшемся после вокняжения в Киеве Владимира Мономаха (1113 г.): «Володимѣръ Всеволодичь по Святополцѣ созва дружину свою на Берестовѣмь: Ратибора Киевського тысячьского, Прокопью Белогородьского тысячьского, Станислава Переяславьского тысячьского, Нажира, Мирослава, Иванка Чюдиновича Олгова мужа»3.
Существует мнение, что тысяцкие могли быть как княжескими, так и «земскими», выборными народом, причем примером служит как раз приведенное известие Пространной редакции Русской Правды4. Но могут ли указанные в ней лица являться общинными, «земскими лидерами»? Ратибор — личность хорошо известная по летописным данным. В 1080-х гг. он служил отцу Мономаха, киевскому князю Всеволоду Ярославичу, был некоторое время его посадником в Тмуторокани5. После смерти Всеволода и перехода Владимира Мономаха в Переяславль мы видим Ратибора уже в Переяславле — на его дворе происходит 24 февраля 1096 г. расправа над половецким князем Итларем6. В 1100 г. Ратибор — один из двух «мужей» Владимира, посланных объявить Давыду Игоревичу, виновному в ослеплении Василька Теребовльского, волю совета старших князей7. А в 1113 г., после вокняжения Мономаха в Киеве, Ратибор оказывается киевским тысяцким. Поскольку до прихода Владимира на киевский стол тысяцким в Киеве был Путята8, ясно, что Ратибора привел с собой в столицу Руси Мономах и сделал здесь его, своего «мужа», тысяцким. Итак, по, крайней мере, один из трех упомянутых в рассматриваемой записи тысяцких — княжеский дружинник. Последним в перечне назван «Иванко Чудинович Олгов муж» — т. е. дружинник Олега Святославича Черниговского, а никак не «земский лидер». Но главное — что вся совокупность названных лиц определена как «дружина» Мономаха: «созва дружину свою на Берестовѣмь». Термин «дружина» здесь, несомненно, выступает в своем основном значении — «служилые люди князя»: именно его присутствие вызвало оговорку в конце перечня по поводу Иванка Чудиновича — «Олгов муж», т. е., в отличие от вышеназванных лиц, являвшихся «мужами» («дружиной») Мономаха, Иванко является «мужем» другого князя. Таким образом, сначала названы пять служилых людей киевского князя (в том числе три тысяцких), и в конце — представитель князя черниговского.
Помимо тысяцких — участников составления Устава Владимира Мономаха, оказавшихся, как видим, на поверку «княжими мужами», к числу земских тысяцких И. Я. Фрояновым были отнесены упоминаемые под 1136, 1146 и 1147 гг. киевские тысяцкие Давыд, Улеб и Лазарь9. Однако Давыд Ярунович в рассказе о междоусобной битве 1136 г. пред- ставлен как один из членов «лучшей дружины» Мономаховичей, попавшей в плен к Ольговичам: «И погнаша по них Володимерича дружина лучшая и биша и женучи много, и воротишася опять на полчище, и не обрѣтоша княжеѣ вои и впадоша Олговичемъ в руцѣ, и тако изъимаша и (вар.: я), держаще стягъ Ярополчи (киевского князя Ярополка Владимировича. –— А. Г.), и яша бояръ много: Давыда Яруновича тысячьскаго кыевьского…»10. Улеб «держал тысячу» у киевского князя Всеволода Ольговича; брат последнего, Игорь, занявший в 1146 г. по смерти Всеволода киевский стол, решил оставить Улеба в должности: «держи ты тысячю, какъ еси у брата моего держалъ»; Улеб решил, однако, взять сторону Изяслава Мстиславича11. В описании событий следующего года Улеб упоминается как приближенный Изяслава — князь отправляет его послом к черниговским князьям в начале своего похода против Юрия Долгорукого. Но тысяцким здесь Улеб не назван, а в рассказе о происшедшем позже убийстве Игоря Ольговича киевским тысяцким поименован Лазарь. Он отделен в летописи не вообще от «княжеского тысяцкого», как пишет Фроянов12, а от тысяцкого Владимира Мстиславича, брата Изяслава13. Скорее всего, Лазарь был поставлен вместо Улеба на должность киевского тысяцкого Изяславом. Таким образом, нет оснований полагать, что кто-либо из трех упомянутых И. Я. Фрояновым тысяцких был должностным лицом «земским», а не назначенным князем. Первые известные тысяцкие — Янь и Путята Вышатичи — были, несомненно, княжескими людьми. Янь выступает в летописи сначала как дружинник Святослава Ярославича, собирающий для него дань в Ростовской волости14, позже как один из «смысленых мужей», относящихся к «дружине» отца и дяди Святополка Изяславича15, затем как воевода Святополка16. Путята неоднократно упомянут в качестве воеводы того же Святополка Изяславича17. Принадлежность обоих братьев к дружинному кругу очевидна. Позднейшие тысяцкие много раз названы только по князю, которому они служат, без указания на территории, на которые распространялись их функции18. Факты обратного порядка — наименования тысяцких только по территории, без указания на князя-сюзерена19, — не свидетельствуют об их «земском» характере. Поскольку тысяцкие назначались на должность, связанную с территориальным делением, такое именование было естественно: так, Георгий Симонович, в Киево-Печерском патерике охарактеризованный как дружинник Владимира Мономаха, назначенный им в тысяцкие его сына, Юрия Долгорукого, в летописи именуется ростовским тысяцким20. В отличие от посадников — княжеских наместниках в городах, где не было княжеских столов, — должность тысяцкого отправлялась, как правило, в стольных городах.
В Новгороде институт тысяцких имел свою специфику. Здесь данная должность не упоминается до второй половины XII в. С этого же времени новгородский тысяцкий был вторым после посадника лицом в системе новгородского «республиканского» управления21.
Большинство исследователей полагало, что функции тысяцких распространялись на все рядовое свободное население. Но по мнению В. А. Кучкина, децимальная система распространялась только на определенную категорию населения — «черных людей»; обязанностью тысяцких было наделить их кредитами, которые те должны были вернуть, выполняя различные хозяйственные поручения22.
Литература: Кучкин В. А. Десятские и сотские древней Руси // Древняя Русь. Очерки политического и социального строя. М., 2008; Он же. Тысяцкие, сотские и десятские в Древней Руси // Русь в IX–X вв.: общество, государство, культура. Тезисы докладов международной научной конференции. М. 2012; Он же. Первые тысяцкие Северо-Восточной Руси // Древняя Русь: вопросы медиевистики. 2015. № 4 (62); Он же. Тысяцкие в Киевском княжестве в XI–XIII в. // Древняя Русь: вопросы медиевистики. 2016. № 3 (65); Толочко П. П. Власть в Древней Руси. СПб., 2011; Горский А. А., Кучкин В. А. Тысяцкий // Древняя Русь в средневековом мире: энциклопедия. М., 2014.
