Сегодня и вчера

Пошлите своих лазутчиков приготовить и осмотреть дороги, — все богатство Индии будет вам за сию экспедицию наградою. Проект русско-французской экспедиции в Индию 1801 г.// Русская Старина. Том VIII. СПб., 1873 Французская армия в 35 тысяч пехоты, с полным комплектом легкой артиллерии, двинется от границ Франции, с согласия Австрии, на Ульм, где найдет суда и отплывет на них по Дунаю. По прибытии ея в Черное море, русский флот перевезет ее до Таганрога, откуда она отправится в Царицын на Волге, где, снабженная судами, спустится на них вниз по реке до Астрахани. Там русская армия в 35 тысяч чел. (из них 15 т. пехоты, 10 т. конницы и 10 т. казаков), при усиленном комплекте артиллерии, соединится с французской армиею

«Пифагорейский образ жизни» Первоначально пифагорейский союз был по преимуществу религиозно-нравственным институтом, в котором научным занятиям было отведено почетное, но незначительное место. В V веке научное исследование становится главным интересом школы, и такое положение вещей сохраняется до половины IV века, когда научный пифагореизм как самостоятельное течение философской мысли, сходит со сцены; он сливается с платонизмом и перекочевывает в древнюю Академию. Этот момент и считают обыкновенно концом древней пифагорейской школы. Однако, пифагореизм, как религиозное явление (пифагорейские оргии и мистерии), не только не исчезает вместе с пифагорейской философией, но, напротив, распространяется еще сильнее. Эта стадия эволюции пифагореизма, поскольку она выдвигает на первый план примитивные религиозные обряды и суеверия, является возвращением к первоначальному пифагореизму, но существенно отличается от последнего тем, что обращается к народной массе, вербует своих адептов из социальных низов и в соответствии с этим радикально изменяет «пифагорейский образ жизни». Читать дальше...

Правосудный Боже! Хоть за Себя вступися! Из рапорта Каварергардского полка протоиерея Гратинского Обер-Священнику Армии и Флота от 5 декабря 1812 года «В 3 часа пополудни, уже окружен был неприятелем, но спасен коллежским регистратором Соколовым, жившим в доме генеральши Глебовой-Стрешневой. Он при неприятелях, скачущих вперед и обратно, убедил меня скрыться в том доме, предполагая, что когда назначена в нем квартира Генералу, то грабежа и убийства тут не будет ... На другой день, т.е. 3 сентября поутру, в надежде на Единого только Бога в утешение оставшимся, в домовой церкви, при неприятельских офицерах, совершил я с коленопреклонением, молебствие Господу Богу о благопоспешении Христолюбивому воинству к изгнанию из древней столицы лютого супостата».

Но русские современники не поняли Бориса. Более всех восстало против его намерения духовенство, которое представляло, что разность языков произведешь разность в мыслях, опасную для Церкви, что во всяком случае неблагоразумно вверять учение юношества католикам и лютеранам, и пр. и пр. Зная, что невозможно было бороться в тогдашнее время с таким сильным голосом, Борис, оставя мысль об университете с иностранными профессорами, прибег, наконец, к другому способу: отправил 18 молодых боярских людей в Лондон, Любек и во Францию учиться языкам иноземным. Неизвестна участь этих юношей. Кажется, они не возвращались в отечество, ибо через три года после того Бориса не стало…

Сколь горестно состояние бедных вдов, которые после мужей своих со многими, а часто и малолетними детьми остаются без пропитания и без помощи; сие легко понять может, всяк имеющий к милосердию и состраданию склонное сердце. Вдовы и сироты могут почесться главным предметом, яко достойнейшие сожаления. Бедность оных столь велика и различна, что тщетны бы того труды были, кто вознамерился живо описать оную. Но ежели кто о жестокой их судьбине ясное желаешь иметь понятие, тому надлежит представить себе оных в гнусных их жилищах, окруженных многими не одетыми детьми, где они претерпевают весь тот ужас, что нераздельно сопряжен с неимуществом и наготою; при том слышать от них самих, и видеть все те бедствия, от которых, наконец, они погибают.

Смоленск составлял, уже одни только развалины; объятый пламенем от множества ядр и бомб, неприятелем брошенных, древний город сей представлял печальное позорище и тленную судьбу всего созидаемого руками человеческими. Пылающие дома и целые улицы, остатки смятенных жителей, спасающих свое имущество и покидающих мирные жилища, все сие в темноте ночной, освещаемой общим пожаром, наводило некоторый род унылого ужаса. Великих трудов стоило сохранить от пламени мост на Днепре, который один составлял сообщение города и войск, там бывших с армией… Некоторые полагали, что Смоленск выгодно было бы защищать долее; но Главнокомандующий сообразив, что сие соединено с великою потерею людей, что разделение обеих армий должно, сколько можно менее продолжаться, когда неприятель имеет все силы свои вместе, и что Наполеон, пользуясь превосходством числа, не видя притом более особой важности в овладении Смоленском без жителей и запасов, может обратиться внезапно на другие предприятия, положил оставить город и соединишь войска вместе в позиции. В полночь получено было о том повеление

Главным условием успеха для Карла было то, что русские войска были растянуты на огромном протяжении своего лагеря, и прорваться чрез их несомкнутые ряды было легко; кроме того, сильная вьюга била прямо в лицо голодным и холодным русским солдатам, и в 20 шагах нельзя было ничего различить; наконец, к печальному состоянию физическому присоединялся упадок нравственных сил, произведенный сознанием своего неискусства, неопытности пред страшным этими качествами неприятелем; сюда же присоединялась подозрительность: предводители-немцы будут ли усердно сражаться против своих? Вот почему, когда шведы ворвались в лагерь, в рядах испуганных русских солдат раздались крики: «Немцы изменили!» Эти страшные крики отняли последние силы, и все бросились бежать. При этом всеобщем смятении и бегстве не смялись и не побежали два полка - Преображенский и Семеновский: огородясь рогатками и артиллерийскими повозками, они до самой ночи отбивались от шведов. Победа шведов еще далеко не была решительною…

Богатые результатами раскопки в усадьбе Г. Петровского в истекшем 1907 году обнаружили среди других памятников кусок изразца с начертаниями своеобразной фигуры, аналогичной с загадочным знаком на монетах, приписываемых в. к. Владимиру Св. Не вдаваясь в излишнюю критику различных мнений, высказанных прежними исследователями, видевшими в этом знаке птицу, хоругвь, трезубец и т. п., мы склоняемся к мнению тех. кто видит в ней выражение отвлеченной идеи, или понятия. Для наглядности вышесказанного мы прилагаем таблицу со всеми вариантами аналогичных знаков, известных на монетах в. к. Киевского, начиная с древнейших и более простых: а именно: три типа загадочных фигур на золотых монетах в. к. Киевских, три формы на серебренниках в. к. Киевского; затем попытка разложения этих фигур на составные части дала без натяжек греческое слово ΒΑΣΙΛΕΩΣ, титул, коим пользовались все монархи востока, а также цари Босфора, во времена их политической независимости от Рима и Византии.

Нет сомнения, что первое общество Донских казаков, родоначальников народа, ныне Донскую область населяющего, основалось в начале XVI или, по крайней мере, отнюдь не ранее последних годов ХV столетия. Равным образом не менее достоверно и то, что общество это составилось первоначально из людей беглых разных Российских, а наиболее из украинских городов «искавших,— как говорит Карамзин,— дикой вольности и добыч в опустевших улусах орды Батыевой в местах ненаселенных, где Волга сближается с Доном и где издавна был торговый путь из Азии в северную Европу». Одни укрывались здесь, избегая притеснений, кои претерпевали от владельцев своих, другие увлекались своевольством, алчностью к добыче и грабежам, стремились в обширные степи к независимым соплеменникам своим, в обществе которых надеялись или отдохнуть от прежних бедствий, или, не опасаясь наказаний, насыщать необузданные желания свои. Но не одни единоземцы и единоверцы принимаемы были в первоначальное общество Донцов: отважность, удальство, уменье владеть конем и оружием, более всего давали право на это и потому нередко приобщались сюда иноземцы, как-то: Запорожские Черкасы, Азовцы и даже самые Татары. Сары-Азман—первый известный вождь Донцов, был вероятно не Россиянин.

«…в селах и деревнях в крестьянских избах на полках Святые иконы стоят без всякого о чистоте оных наблюдательства, и так от дыма закоптели, что и ликов не видно; а понеже многие иностранные люди по дорогам ездят и становятся для обнощевания в крестьянских избах, от чего имеет быть посмеяние, того ради приказали …»

Ночью, с 16-го на 17-е сентября сего года, студенты Дерптского университета, собравшись пред квартирою приват-доцента политической экономии, доктора Валькера, произвели неприличный шум и разбили три окна. Поводом к этому поступку, не одобряемому большею частью студентов, служила, по отзыву попечителя округа, графа Кайзерлинга, незначительная литературная распря… Из произведенного университетским судом следствия о произведенном некоторыми студентами беспорядке оказалось, что неприличный шум был совершен большинством участвовавших студентов с умыслом и принятием приготовительных к тому мер; разбитие же окон не было предположено заранее и при неодобрении со стороны большого числа студентов было произведено некоторыми из них в нетрезвом виде.

Письменные работы, или, как их стали называть, стратегические, представляют наиболее трудную, но и наиболее полезную часть занятий дополнительного курса. При этой работе офицер становится в необходимость изучать топографию и средства какой либо местности, не безотносительно, а в применении к данному известному предположению; ему приходится самостоятельно составить план действий на основании как условий задания, так и военного обозрения края; наконец он должен проектировать и все меры для приведения избранного им плана действий в исполнение. Когда же все это исполнено, он обязан уметь защищать каждое свое предположение и каждое предполагаемое распоряжение. При такого рода работах лучше всего может выказаться, в какой степени офицер усвоил себе все преподанное ему в Академии по Стратегии, Военной Статистике, Военной Администрации, на сколько он умеет прилагать свои познания к действительному делу.

Рукопись покорителя Москвы Жолкевский Станислав. Начало и успех Московской войны. (Рукопись Жолкевского) Польский текст с параллельным русским переводом. Подготовка к печати: Муханов Павел Александрович. М., 1835 «Нашим нелегко было и теперь; съестные припасы доставали они с большею трудностью, ибо города, из коих был подвоз, заперлись. Москвитянам, знавшим проходы в своей земле, наши не могли воспрепятствовать стекаться и приготовляться тем к уничтожению наших. В таковой нужде, стеснявшей наших в Столице, их то спасло, что Бояре дали им из казны Царской на несколько месяцев на харчи около 300.000 злотых; на эти деньги они покупали себе съестные припасы, которых тогда еще в городе было в изобилии »

Приклонский,Василий Львович. Летопись Якутского края, составленная по официальным и историческим данным. Красноярск, 1896 «Один спуск с знаменитого Верхоянского хребта может лишить обыкновенного человека здравого сердца: до семи верст приходится спускаться по крутому отрогу на собственном седалище» Из докладной записки В.Л. Приклонского министру внутренних дел. ГАИО. Ф.25. Оп.3. Д.247. Л.2.

Под именем произвольного зарождения собственно разумеют происхождение организмов без всякого участия других организмов. Прежде, когда принимали существование так называемой органической материи или думали, что органические вещества не могут происходить вне организмов, различали еще произвольное зарождение из неорганических веществ и такое же зарождение при участии органического вещества. Но теперь, когда эти мнения пали, вопрос стал определительнее и состоит в том, могут ли вообще происходить организмы сами по себе без всякого участия других, прежде существующих организмов. Геологические исследования показывают, что была эпоха, когда на земле не было организмов, что потом они постепенно появлялись и исчезали. Если последующие организмы и можно производить от предыдущих, то первые организмы очевидно должны были произойти без участия других, следовательно, зародиться произвольно. При этом весьма справедливо замечает Оуэн, что каковы бы ни были процессы, которые мы предположим, мы всегда сохраним мысль о творении, т. е. всегда найдем, что явления всецело совершаются по законам Высочайшего Разума.