Календарь


Г.Ф.Шукаев. Боевой эпизод из русско-турецкой войны 1828–1829 годов. Вторая половина 19 века

1829 год. 14 сентября (2 сентября ст.ст.) между Россией и Турцией был заключен Адрианопольский мирный договор, русско-турецкая война 1828-1829 гг. закончилась победой русского оружия.



Ф.Крюгер. Портрет А.Ф. Орлова. 1850 год
«В последних числах июля получены были достоверные известия, что значительный турецкий отряд собрался у Сливна. Здесь были части Галиль-паши, отступившие из Ямболя, и новые подкрепления, присланные визирем из Шумлы. Дибич не мог, наступая к Адрианополю, оставить у себя на фланге значительные силы турок и поэтому решил первоначально покончить со сливненским отрядом, что и было исполнено 31 июля. Таким образом, попытка визиря воспрепятствовать наступлению нашей армии к Адрианополю не увенчалась успехом. У Айдоса, Ямболя и Сливна турецкие отряды последовательно терпели неудачи и, наконец, окончательно были рассеяны. Визирь, находясь в Шумле, ослабил свои силы последовательным выделением отрядов и потерял прямую связь с Адрианополем. Дибич обеспечил дальнейшее наступление к Адрианополю с тыла и с правого фланга и теперь мог двинуться без замедления к намеченной цели.

Хотя войск у Дибича было мало и он мог пополнить ряды полков, выждав подхода резервных частей, но, принимая во внимание спешное стягивание к Адрианополю турецких войск и быструю постройку укреплений, наш главнокомандующий предпочел быстроту действий численности, и 2 августа выступил через Ямболь к Адрианополю. Поход был тяжелым. Наступила знойная пора. Наши солдаты, непривычные к такой жаре, сильно страдали. Злокачественная лихорадка косила ряды. С каждым переходом армия таяла, как после кровопролитного боя. За шесть дней под палящим зноем войска прошли 120 верст, и 7 августа Дибич был у стен Адрианополя. В рядах его армии было не более 17 тысяч бойцов, и это под стенами сильной крепости, в сердце неприятельской страны, вблизи столицы падишаха. Биваки русской армии вечером 7 августа находились в 2–3 верстах от Адрианополя. Дибич с Толем выехали на рекогносцировку, предполагая на следующий день атаковать город.

В Адрианополе к этом времени собралось до 10 тысяч регулярной пехоты, 2 тысячи ополчения и 1 тысяча конницы. Жители также собрали до 15 тысяч вооруженной милиции. Местность вокруг города была чрезвычайно пересеченной, что способствовало упорной обороне, местами сохранились каменные стены с башнями. С незначительными силами, бывшими в распоряжении у нашего главнокомандующего, нельзя было окружить город; решительный же штурм мог при упорстве обороны закончиться неудачей. Однако проявлять осторожность в столь решительную историческую минуту было наименее всего уместно, так как могло обнаружить нашу слабость. Только непоколебимая решительность и быстрота могли обещать успех, и надо отдать справедливость нашему главнокомандующему: он оценил обстановку и проявил смелость в наступивший решительный и наиболее важный период кампании.



Неожиданное появление русских под стенами Адрианополя ошеломило турок. Почти никаких мер к обороне заблаговременно не было принято. Общая растерянность, нераспорядительность, разногласие между начальствующими лицами, тупое безразличие войск и паника среди населения — вот состояние Адрианополя в день появления у его стен русской армии.

Вечером 7 августа к Дибичу явились посланные от Ибрагима и Галиля для обсуждения условий сдачи города. Турки согласились сдать город в случае свободного отступления войск без оружия. Нам досталась в Адрианополе богатая военная добыча. Занятие русской армией Адрианополя произвело огромное впечатление не только в Турции, но и во всей Европе. Настроение в Константинополе было весьма тревожным. Теперь начинали верить, что столице Турции угрожает непосредственная опасность.

9 августа авангард нашей армии продвинулся к Кирклиссу и Люле Бургасу — удар заносился над Константинополем.

Падение Адрианополя совпало с целым рядом неудач для Турции. На азиатском театре победоносное шествие русских войск завершилось взятием Эрзурума. Страна была охвачена смутой. Сторонники реформ и защитники старого порядка вели борьбу. При таких обстоятельствах султан склонен был начать переговоры о мире.

Однако положение русской армии на театре войны было также очень тяжелым. В Адрианополе войска сильно страдали от невыносимой жары, дождей и недостаточного питания. Заболеваемость была огромной; госпитали были переполнены. Из тыловых областей шли неутешительные вести: Шумла держалась, генерал Киселев, назначенный командующим войсками на левом берегу Дуная, с трудом удерживал турок от нового вторжения в Валахию. Поэтому попытки турок начать мирные переговоры нашли благоприятный отклик в нашей Главной квартире. При этом все же Дибич считал, что дипломатические переговоры нужно вести с твердостью и решительностью, «на военный лад». Уместность с нашей стороны начать переговоры о мире, по мнению Дибича, подтверждалась тем, что 25-тысячной армии, бывшей за Балканами, было совершенно достаточно, чтобы дойти до Константинополя, но слишком недостаточно, чтобы предпринять какие-либо операции против города, насчитывающего 600 тысяч мусульманского населения, или чтобы овладеть европейскими замками на Босфоре. Нельзя отказать в правильности суждений нашему главнокомандующему: чтобы взять Константинополь, ему нужно было занять сильным отрядом Дарданеллы, сбить турок с крепких позиций между Адрианополем и Константинополем, форсировать флотом проливы и штурмовать Константинополь. Посильна ли была такая боевая задача изнуренной долгим переходом 25-тысячной русской армии?

17 августа в Адрианополь прибыли турецкие уполномоченные для переговоров о мире вместе с европейскими дипломатами, старательно заботившимися о скорейшем прекращении войны, угрожающей общему спокойствию. Граф Дибич поручил ведение переговоров князю Горчакову и статс-секретарю Фонтону, но вскоре их заменили назначенные государем граф Орлов и граф Пален. Первоначально переговоры продвигались успешно, но когда возник вопрос о размере контрибуции, турецкие дипломаты, ссылаясь на удручающее состояние финансов в стране, проявили полную неуступчивость. Быть может, поводом к проявлению такой неуступчивости были слухи о малочисленности русской армии, возможности вмешательства Австрии, наконец, известие о движении на выручку столицы 40-тысячного корпуса албанцев. Видя несговорчивость турецких дипломатов, Дибич объявил им, что возобновляет военные действия. В подтверждение этого наши войска двинулись к столице. 2-й корпус занял Визу, 6-й — Люле Бургас, за ним наступал 7-й корпус. Решительная демонстрация увенчалась полным успехом. 2 сентября мирный трактат был подписан уполномоченными обеих сторон. Главные основания мира заключались в следующем: границей в Европе по-прежнему оставались Прут и Дунай; в Азии к нам отходило Черноморское побережье от Кубани до поста св. Николая и крепости Ахалкалаки и Ахалцых. Коммерческий флот получил право свободного плавания через проливы. Греция стала свободной страной, Сербия — вассальным княжеством, Молдавия и Валахия получили отдельное управление».
Цитируется по: История русской армии, 1812–1864 гг. — СПб.: Полигон, 2003 с.435-439


История в лицах


Ф.Ф.Торнау, воспоминания:
На другой день нашего прихода в это селение Гейсмар получил от генерала Киселева еще не официальное, но весьма положительное известие о том, что четырнадцатого сентября заключен с Портой в Адрианополе мирный договор; вместе с тем он предлагал приостановить военные действия. Не могу сказать, чтоб этот слух нас очень обрадовал. В России нас ожидали скучные стоянки по деревням, бесконечные ученья и вообще все удовольствия мирной гарнизонной службы, от которой каждый из нас готов был отказаться без особенного сожаления. Война еще не надоела нам; кроме того, незнакомые с политическими комбинациями, мы мечтали о завоевании Царьграда, в виду которого проходилось теперь остановиться нашей армии. Гейсмар, разумеется, смотрел на вещи с иной точки зрения и ожидал только формального извещения для того, чтоб отпраздновать мир обычным порядком. В ожидании этого известия он отправил казачьего полковника Золотарева парламентером в Арнаут-Калесси к турецкому коменданту с предложением, во избежание напрасного кровопролития, приостановить столкновения передовых партий, пока не разъяснится слух о заключении мира. (…)

Два дня спустя приехал в лагерь Арнаут-Калессинский паша со смешанною толпой конных арнаутов и делибашей, сопровождая курьера, посланного из главной квартиры через Софию, с известием о заключении Адрианопольского мира. Гейсмар приказал на славу угостить пашу и всю его свиту и сделал ему богатые подарки за доставление приятного известия. Пушки возвестили новость солдатам, нас заставили осушить бокалы в ознаменование этого важного происшествия. Война кончилась - с неприятелем мы рассчитались, но болезни и мор далеко еще не окончили с нами своих расчетов: это было ясно. С этим неутешительным убеждением отряд потянулся на другой день обратно во Врацу ленивым шагом, зная, что некуда и незачем спешить.
Цитируется: Ф. Ф. Торнау. Воспоминания русского офицера. М. Аиро-ХХ. 2002. с.108-111.


Мир в это время


    В 1829 году знаменитый английский художник Джон Констебл был избран действительным членом Королевской академии.

    Автопортрет Джона Констебля. 1806 год
    «Джон Констебл (Констебль) родился в семье мельника, в деревне Ист-Бергхолт, расположенной в живописной Дедхемской долине на юго-востоке Англии. Мальчик с детства увлекался рисованием, однако его первые работы были столь мало убедительны, что отец отправил его на одну из дальних мельниц, где юноша занимался живописью в свободное от работы время.

    В 1795 г. Джон предпринял первую попытку стать профессиональным художником — он уехал в Лондон и поступил в граверную мастерскую, однако успеха в этом деле не достиг. Он возвратился домой, но через четыре года снова отправился в столицу. На этот раз будущему художнику улыбнулась удача — он поступил в школу при Королевской академии искусств. Однако более важным для его развития оказалось самостоятельное изучение природы, а также произведений английских пейзажистов XVIII в. (Гейнсборо и др.) и пейзажистов классиков, таких как Якоб Ван Рейсдал, Пуссен и Лоррен. «Помни, что лучший твой наставник и руководитель — природа. Учись у нее», — писал художник в одном из своих писем.

    В 1802 г. в Академии впервые была выставлена его работа, названная «Пейзаж». «В течение двух лет я старался сделать картины, и я нашел показную правду… — писал художник своему другу. — Я скоро вернусь в Ист-Бергхолт, где буду работать без остановки с натуры... и я буду стремиться просто и подлинно изобразить заинтересовавшие меня сцены...»

    Констебл создал большую серию пейзажей с видами реки Стур («Долина реки Стур с дедхемской церковью», «Белая лошадь», «Телега для сена»), неоднократно изображал стоявшие на ней мельницы («Флэтфордская мельница (Сцена на судоходной реке)», «Плотина и мельница в Дедхеме (Дедхемская мельница)»). В своих работах Констебл предстает смелым и независимым мастером, его принципиально новая трактовка природы не соответствует нормам академического искусства. По мнению художника, основой изображения должно быть наблюдение, а лейтмотивом любого пейзажа — небо («Залив Веймут с горой Джордан»). Следуя традиции голландских мастеров, художник стремится к воссозданию атмосферы, облаков и света («Кукурузное поле», «Пруд у холма Бранч. Хемстед», «Замок Хэдли»). Констебл часто изображал один и тот же мотив при разных метеорологических условиях, тонко передавая их своеобразие; с особой любовью он писал многочисленные этюды облаков («Этюд облаков. Хемстед»). Отличительной чертой стиля художника стала рельефная фактура. Накладывая краски густыми выпуклыми мазками, он отказался от тщательно выписанных деталей и эффектного освещения, впервые использовал чистые зеленые цвета разных оттенков («Водяная мельница в Гиллингеме»). Реалистичность пейзажей Констебла замечательно охарактеризовал Генри Фюсли, сказавший, что, глядя на них, «хочется послать за пальто и зонтиком». В своих картинах Констебл стремился соединить живость и спокойствие, чувственное и рациональное начала («Морской берег и подвесной мост. Брайтон (Пирс в Брайтоне)»). Художник говорил: «Живопись есть наука и ее следует рассматривать как изучение законов природы. В таком случае позволительно считать пейзажную живопись частью натурфилософии, а картины — опытами». Свои пейзажи художник создавал на основе огромного количества пленэрных этюдов, задачей которых было передать свето-воздушную среду, а также правильно сгруппировать персонажей, занятых своими обычными делами. Некоторые свои картины Констебл, впервые в истории пейзажа, писал целиком с натуры.

    На родине произведения Констебла не пользовались популярностью у публики; не нашел художник понимания и в академических кругах. Однако во Франции его творчество было воспринято с большим энтузиазмом. Работы Констебла привлекли внимание французского художника Теодора Жерико, побывавшего в Англии в начале 1820-х гг. В 1824 г. несколько его пейзажей, в их числе «Телега для сена», были посланы во Францию для участия в Салоне, где принесли своему автору золотую медаль. Французские романтики, особенно Делакруа, были очарованы свежестью и блеском картины.

    Д.Констебл. Открытие моста Ватерлоо. 1829 год


    Д.Констебл. Замок Хэдли. 1829 год


    В начале 1820-х гг. по заказу своего друга архидиакона Джона Фишера Констебл исполнил серию видов собора в Солсбери («Собор Солсбери из епископского сада»).

    В 1829 г. Констебл был избран действительным членом Королевской академии. В том же году умерла его жена; депрессия омрачила последние годы художника.

    Искусство Констебла не имело продолжения в Англии; осужденное Рёскином, оно противостояло искусству Тёрнера и прерафаэлитов. Вместе с тем Констебл оказал заметное влияние на французскую романтическую живопись с ее свободой исполнения и сыграл важную роль в формировании Барбизонской школы, а его энергичная манера живописи и умение создать особое настроение, используя свет, вдохновили художников-импрессионистов, которые унаследовали от него интерес к переменчивым состояниям природы».
    Цитируется по: Популярная художественная энциклопедия. М.: Советская энциклопедия, 1986
даты

Июль 2024  
Конвертация дат

материалы

О календарях
  • Переход на Григорианский календарь Название «григорианский» календарь получил по имени папы римского - Григория XIII (1572 — 1585), по чьему указанию он был разработан и принят.
  • КАЛЕНДАРЬ (от лат. calendarium, букв. - долговая книга, называвшаяся так потому, что в Др. Риме должники платили проценты в первый день месяца - в т. н. календы...>>>


Библиотека Энциклопедия Проекты Исторические галереи
Алфавитный каталог Тематический каталог Энциклопедии и словари Новое в библиотеке Наши рекомендации Журнальный зал Атласы
Алфавитный указатель к военным энциклопедиям Внешнеполитическая история России Военные конфликты, кампании и боевые действия русских войск 860–1914 гг. Границы России Календарь побед русской армии Лента времени Средневековая Русь Большая игра Политическая история исламского мира Военная история России Русская философия Российский архив Лекционный зал Карты и атласы Русская фотография Историческая иллюстрация
О проекте Использование материалов сайта Помощь Контакты
Сообщить об ошибке
Проект "Руниверс" реализуется при поддержке
ПАО "Транснефть" и Группы Компаний "Никохим"