Историческая иллюстрация
Бой у Иваново-Чифлик 12 октября 1877 года.
Историческая иллюстрация. . «Бой у Иваново-Чифлик 12 октября 1877 года.». Автор: Ковалевский Павел Осипович. 126 х 207 см.. Холст, масло.. 1887. Центральный военно-исторический музей артиллерии, инженерных войск и войск связи. Россия, Санкт-Петербург.

Выбили неприятеля и, следуя за ним по пятам, заняли Иован-Чифтлик, передовой турецкий лагерь и погнали турок за Лом


Из Рущукского отряда.

Публикуется по изданию: Сборник военных рассказов, составленных офицерами-участниками войны 1877-1878 гг., том II. Издание Кн. В. Мещерского, СПб, 1879.



9-го октября была произведена небольшими силами рекогносцировка по направлению к Иован-Чифтлику, а 1-го вечером приказано было приготовиться на утро к бою. 3-й батарее с Херсонским пехотным полком велено было выступить рано утром к Иован-Чифтлику, а за ними должны были следовать Бендерский пехотный полк и 2-я, 4-я, 5-я и 6-я батареи. Бессарабский пехотный полк и 1-я батарея должны были выступить к Бессарабово.

12-го октября чуть забрезжилось серое неприветливое утро, я был уже на ногах. Батарея готова была к выступлению, ожидали только приказания. Наконец, около семи часов отряд выступил. Пройдя деревню Трстеник, которая лежит в лощине, мы прошли еще одну балку и поднялись на гору. Казаки завязали перестрелку, а вскоре рассыпалась стрелковая рота шедшего в голове колонны 3-го батальона Херсонского пехотного полка; турецкую цепь потеснили. Нам предстояло перейти еще одну балку, чтобы выехать на позицию, откуда мы могли бы уже открыть огонь по первой линии турецких укреплений, построенных впереди Иован-Чифтлика. Батарея двигалась непосредственно за цепью. Шальные пули изредка уже посвистывали, производя очень неприятное впечатление: нет ничего хуже мысли, что можешь быть убитым или раненым, не сделав со своей стороны ни одного выстрела. Другое дело, когда батарея уже на месте и открыла огонь. Неприятельские пули и гранаты теряют свое значение: одна мысль руководит вами, одно только желание овладевает всем существом – это желание нанести возможно больший вред избранной цели.

Снявшись с передков, батарея открыла сильный огонь картечными гранатами по передовым турецким укреплениям. Поражаемые пулями и осколками, теснимые Херсонцами турки оставили передовые ложементы и отступили в большой люнет, лежавший несколько позади первой линии. Батарея переехала ближе и снова стала поражать засевших в люнете. С криком «ура» дружно бросились Херсонцы на люнет, выбили неприятеля и, следуя за ним по пятам, заняли Иован-Чифтлик, передовой турецкий лагерь и погнали турок за Лом.

Между тем, на возвышенностях противоположного берега реки было заметно большое движение: из главного турецкого лагеря то и дело выходили большие колонны пехоты, которые рассыпались тотчас же, как только входили в сферу артиллерийского огня. Турецкие батареи, каждая по два орудия, которых я насчитал четыре, вместе с двумя, вновь выехавшими и ставшими в центре турецкого расположения шести орудийными батареями с полным усердием осыпали нашу батарею гранатами. Временами некоторые из них замолкали, вероятно, по недостатку снарядов, а после некоторого более или менее продолжительного промежутка времени возобновляли огонь.

При движении турецких цепей особенно странным показалось мне следующее обстоятельство: на некотором расстоянии позади каждой из наступавших цепей двигалась редкая кавалерийская цепь. Проводив пехоту на известно е расстояние, всадники быстро скрывались затем, чтобы опять появиться за новой пехотной цепью. Мое личное предположение, что назначением этих всадников было следить за тем, чтобы не было отставших. Очень может быть, что я ошибаюсь, но чем же другим объяснить это весьма любопытное обстоятельство?

Турецкая артиллерия стреляет очень метко, но не любит близких расстояний: мне случалось видеть турецкую батарею ближе трех верст. Вследствие этого, траектория снаряда при падении очень крута, и почти все осколки летят вверх, причиняя весьма малый вред. В подтверждение сказанного я привожу факт, свидетелем которого был 12-го октября. Именно, когда занята была деревня, и шел внизу у реки рукопашный бой, наша батарея, не имея в виду выгодной цели, стреляла лишь изредка по кучкам, собиравшимся на противоположных высотах; прислуга одного из орудий, дожидаясь очереди, полукругом уселась у хобота орудия. В это время граната падает посреди сидевших и разрывается; я был вполне уверен, что из шести человек, составлявших полукруг, по крайней мере, три или четыре ранено. Каково же было мое удивление, когда я, подойдя, увидел одного только лежащего, остальных же совершенно невредимыми. Кстати, не могу не вспомнить о том терпении, доходящим до геройства, которое выказал несчастный пострадавший в данном случае: бедняге оторвало осколком левое плечо, обнажив легко, но ни стона, ни крика не было слышно. Безмолвно дожидаясь носилок, раненый, которого звали Семен Байдужный, только крестился оставшейся правой рукой, а когда носилки были принесены, он поднялся без посторонней помощи и лег в них с тем, чтобы уж более не вставать. Часа через два он умер в забытьи на перевязочном пункте.

Часа в два пополудни мимо батареи провели человек семь пленных турок. Около этого же времени к нам подъехал ординарец начальника дивизии, присланный справиться о потерях батареи. Он же сообщил нам печальную весть о том, что его высочество герцог Сергей Максимилианович Лейхтенбергский убит.

Часов около четырех батарее нашей и Херсонскому полку велено было отступить под прикрытием Бендерского полка и 2-й батареи. В сумерки мы вернулись на бивуак.





Последний из Рюриковичей, венчанный в сердцах народа
«Имела более приятности в уме, нежели тогдашние юные Россиянки, научаемые единственно целомудрию.
И в долгой беседе я, грешный, открыл вам свое желание постричься в монахи и искушал, окаянный, вашу святость своими слабыми словами
Ужасные отчаянные крики утопающих турок огласили тихую бухту
Граф Орлов прибыв с двумя кораблями, по соединении всего флота взял главную команду над оным
Тогда священник Василий Назарьев благословил погибавших, и команда прокричала прощальное ура!
Благополучное прибытие эскадры в такой крепкий ветер и волнение доказало, что исправления на судах были сделаны с совершенным знанием морского дела
Слава победы, дарованная всевышним оружию твоему, великий государь! озарится навеки лучезарным немерцаемым светом
Объезд епархии
Царевны имели свои особые покои разные, и живуще яко пустынницы, мало зряху людей и их люди



Библиотека Энциклопедия Проекты Исторические галереи
Алфавитный каталог Тематический каталог Энциклопедии и словари Новое в библиотеке Наши рекомендации Журнальный зал Атласы
Политическая история исламского мира Военная история России Русская философия Российский архив Лекционный зал Карты и атласы Русская фотография Историческая иллюстрация
О проекте Использование материалов сайта Помощь Контакты Сообщить об ошибке
Проект «РУНИВЕРС» реализуется
при поддержке компании Транснефть.